Король Призраков полностью

Но все это так неожиданно потеряло для меня значение. Без Кэтти-бри, какой смысл продолжать эту битву? Зачем побеждать драколича, если итог не изменится, если в конце концов мы все обречены? Разве не правда, что то, что мы считаем важным, в большом масштабе времени и множественности миров просто неуместно и не имеет никакого веса?

Это демон отчаяния, созданный бессилием. Более глубокий, чем тёмное дыхание Шиммерглума, более глубокий, чем уроки матерей–матрон Мензоберранзана. Потому что вопрос «А смысл?» является наиболее хитрым и разрушительным.

Я должен это отринуть. Я не могу опустить руки, ради тех, кто окружает меня, ради меня самого и, да, ради Кэтти-бри, которая не позволила бы мне сдаться, будь она рядом.

Честно говоря, этот внутренний хаос во мне испытывает меня получше любого демона, любого дракона или толпы яростных орков.

Это тёмное время показывает мне всю тщетность попыток, но и требует веры – веры в то, что существует что-то выше этой мирской суеты, что есть место высшего понимания, где сможет существовать любое общество.

Иначе это просто злая шутка.

Дриззт До’Урден

Глава двадцать четвертая.

Блуждания во тьме

– Как я могу сказать то, чего не знаю? – пробурчал Айвен, поднимая Тэмберли.

– Ну, я подумал, что…ты можешь знать, – заикаясь сказал парень.

– Ты же дварф, – поддержала брата Ханалейса.

– Он, кстати, тоже! – раздраженно сказал Айвен, указывая на Пайкела. Но расплылся в улыбке, как только посмотрел на детей Бонадьюса, у которых на лицах было явно скептическое выражение.

– Да, я знаю, – согласился Айвен с преувеличено–гневным вздохом.

– Ду–да, – сказал Пайкел и, с повелительным «харрумф», отошел в сторону.

– Ему лучше в верхних туннелях, – сказал Айвен в защиту своего брата. – Там есть разные коренья. Он говорит с ними, а они ему отвечают!

– Каково наше теперешнее положение?– напомнил Рори, вступая в разговор.– Людей тошнит от туннелей, и волнения растут.

– Они бы лучше остались в Кэррадуне, не так ли?– возразил Айвен. Это был сарказм, но ко всеобщему удивлению, Рори даже не моргнул.

– Они раз за разом это повторяют, – добавил он.

– Они забыли, что нас преследует?– сказал Тэмберли, но Рори замахал головой при этих словах.

– Они ничего не забыли, но мы все равно боремся с этими монстрами здесь, в туннелях.

– В тех местах, что мы выбираем, при хорошей защите, – добавила Ханалейса, на что Рори только пожал плечами.

– Как думаете, вы сможете найти путь назад в туннели возле Кэррадуна?– спросил Айвен Тэмберли и Ханалейсу.

– Ты не можешь… – начал было Тэмберли, но сестра его оборвала.

– Мы сможем, – сказала она, – я оставляла отметки на всех разветвлениях нашего пути. Мы сможем вернуться в начало, я уверена.

– Наверное, это лучший выход, – сказал Айвен.

– Нет, – возразил Тэмберли.

– Мы не знаем, что там впереди, мальчик мой,– напомнил Айвен. – И мы знаем, что ждет нас в горах, и я знаю, что ты не видел никого похожего на того ящера в Кэррадуне, иначе был бы уже мертв. Я бы хотел предложить вам лучший вариант – я и сам бы хотел его иметь – но я не знаю другого выхода из этих туннелей, а тот, по которому прошел я, – по нему не поднимешься, да я и вряд ли стал бы это делать!

Тэмберли и Ханалейса обменялись взглядами, и оба обернулись к изнемогшим беглецам из Кэррадуна. Тяжесть ответственности давила на них, они знали, что их решение повлияет на каждого в этой пещере, а результат возможно будет фатальным.

– Выбор не за вами, – разбушевался Айвен. Он не мог прочитать их мысли, но точно прочитал выражения лиц. – Вы сделали многое, выведя их из Кэррадуна, и я обязательно скажу об этом вашим родителям, когда мы доберемся до храма Парящего Духа. Но сейчас я здесь, и если мне не изменяет память, у меня больше опыта, чем у вас обоих вместе взятых.