– И ты ему помог? – спросил Джарлаксл, поднимая голос и доставая перо диатримы, которое к тому времени уже успело отрасти. Он был не так зол, как заинтригован.
– Чтобы выжить, как в былые времена, Яраскрик должен отыскать главный мозг иллитидов. Мы, псионики, неподвластны этому вмешательству, поэтому, такие союзы меня не пугают.
– Они жалкие создания.
Киммуриэль пожал плечами.
– Они самые невероятные из смертных созданий. Я не знаю, что случится с моими силами и с магией, как божественной, так и обычной. Единственное, что я знаю, – это то, что мир меняется, уже изменился. Даже приход сюда – это риск, но я должен был сделать это.
– Чтобы предупредить меня?
– Предупредить и проинструктировать. Яраскрик открыл мне все, что он знает про Короля Призраков и остатки артефакта, именуемого Креншинибоном.
– Я тронут твоей заботой обо мне.
– Ты мне необходим, – сказал с иронией Киммуриэль.
– Рассказывай, – скомандовал Джарлаксл, – как я… как мы можем победить Короля Призраков.
Киммуриэль кивнул и в деталях изложил все, что ему поведал Яраскрик про Гефестуса и про Креншинибон, об их возможностях и об их недостатках. Он рассказал и об их прислужниках и вратах, что привели их в Фаэрун. Псионик обмолвился об одном портале, который он почувствовал в городе на юго–западе и об беглецах, скрывающихся в туннелях.
– Ты веришь этому пожирателю разума? – спросил Джарлаксл в конце.
– Иллитиды заслуживают доверия, – ответил Киммуриэль. – Иногда мерзкие, иногда пленительные, но пока их цели понятны, понятна и их логика. В этом случае, цель Яраскрика – выжить. Зная это, я верю ему.
Киммуриэль Облодра долгое, очень долгое время был компаньоном Джарлаксла, и наемник знал, что если кто и мог соперничать в силе с иллитидом, так это псионик. И он явно оставил «что-то» в разуме иллитида.
***
Неподалеку в кустах, Дриззт До’Урден внимательно слушал весь их разговор, хотя о большей части рассказа он и так уже знал или догадывался. Он с широко открытыми глазами выслушал ответ и инструктаж Джарлаксла, теперь безоговорочно доверяя наёмнику.
– Ты не можешь требовать от меня рисковать Брэган Д’эрт, – возмутился Облодра.
– Оно того стоит, – ответил Джарлаксл. – И подумай о возможности для тебя узнать больше о том, что творится по всему миру!
Последняя фраза очевидно повлияла на Киммуриэля, так как дроу поклонился Джарлакслу, повернулся в сторону и, сделав вертикальный жест пальцем, прочертил в воздухе голубую линию, в которой и скрылся мгновением позже.
Джарлаксл постоял еще минуту, уперев руки в бока и обдумывая весь разговор. Потом, помахав головой, как бы в знак недоверия, наёмник повернул обратно к храму Парящего Духа.
К тому времени, как сразу после Джарлаксла вернулся Дриззт, прибыло и приглашение от Кэддерли для него и для Бруенора.
И для Джарлаксла, конечно.
С оглушающим рыком и топотом когтистых лап, расшвыривающих мясистых монстров в далеко в стороны, Король Призраков вышел из пещеры. Величественное существо шагало, не обращая внимания на суетливых тварей. Огромный хвост, который частью представлял собой разлагающуюся плоть дракона, а частью – скелет, – сметал всех, оказавшихся рядом. Его рваные крылья порывом ветра обдали стоящих по обе стороны существ.
Больше никаких планов для атаки, никаких прислужников. Во всём предстоящем им больше не отводилось никакой роли. Гнев управлял Королём Призраков. Освободившийся от предостережений Яраскрика, огромный зверь следовал только своим эмоциям. Король Призраков не может быть уничтожен простыми смертными, чья магия выходила из–под контроля. Королю Призраков не нужен план, как и не нужно топтание на месте с постоянными трусливыми предостережениями.
Зверь широко расправил крылья, прыгнул с обрыва и в восходящем потоке начал подниматься над Снежными Хлопьями. При помощи магического зрения он мог видеть на многие мили вперёд, чтобы разглядеть символ своих врагов– место, на котором драколич сосредоточил всю свою ярость.
Он поднимался всё выше над тонкими облаками, затемняющими часть звёздного ночного неба. И там он начал кружить, набирая скорость и накапливая свою ненависть. И, подобно летящей сверху арбалетной стреле, сложив крылья и вытянув свою огромную голову, Король Призраков стремительно спикировал к храму Парящего Духа.
И хотя губы Гефестуса практически полностью сгнили, посторонний наблюдатель мог бы увидеть злобную улыбку на морде драколича.
***
В составе почти половины жителей и гостей храма Парящего Духа, а был это двадцать один человек, жрецы и маги, облизывая иссохшие губы, держали в руках камни, покрытые взрывчатым маслом. Другая половина пыталась заснуть в эту, чересчур тихую ночь. Они проверяли свои приборы, оружие и доспехи, магические кольца и палочки, свитки и бутыли с зельями, нервно ожидая атаки, которая, они знали, не заставит себя ждать.
