– Значит, – тон Роальда Рейсворта сделался ледяным, – вы все же сомневаетесь в моей способности исправить наше положение.
– Я говорю о проблемах, мой господин. Не о вашей неспособности их решить. Как первый министр совета, – Эдвард Эрдер поймал взгляд Виктора Гальса, затем продолжил, – я должен сообщать лорду-констеблю об угрозах, нависших над королевством и престолом. Вот я и сообщаю о них. И я также вправе требовать их устранить.
– Возможно, как первый министр совета вы начнете давать мне прямые приказания?
– Это было бы в рамках моих полномочий. Вы не хуже меня знаете порядок, Рейсворт. Первый министр действительно главнее констебля – и не моя вина, что ваш кузен предпочитал этого не помнить, – северянин едва заметно улыбнулся, будто провоцируя сэра Роальда на вспышку гнева. Тот не поддался ей – но лишь с изрядным трудом.
И Рейсворт, и Эрдер оба сохраняли пока видимость хладнокровия – но давалось оно им нелегко. Еще одна реплика или две, казалось – и совет окончательно перерастет в перепалку. «Это нужно остановить прямо сейчас, – подумала Айна. – Сэр Роальд не прав и действительно наломал дров с этим переворотом – но если мы начнем обличать его бездарность как лидера, нам это уже ничем не поможет».
Айна заговорила неожиданно для себя самой:
– Достаточно пререканий. Успокойтесь, немедленно, оба. – «Я сейчас будто разнимаю Артура и его дружков, когда те хотели подраться». – Лорд Эрдер, я понимаю и разделяю ваши опасения – они вполне оправданы. Лорд Рейсворт, я не подвергаю сомнению вашу компетентность. Вы справедливо сказали, попытка захватить власть – занятие небезопасное. Оно грозит риском для жизни. Однако наши жизни пока при нас, и в этом я вижу вашу заслугу. Вы все, господа, согласились видеть меня королевой, – «согласились в действительности или просто не стали оспаривать предложенную Рейсвортом кандидатуру? Велика ли разница, какая марионетка носит корону?» – а значит, как королева я теперь отвечаю за вас и за весь Иберлен. Мне не нравится, лорд Рейсворт, что вы называете Гайвена Ретвальда чернокнижником. Гайвену в самом деле подвластна магия, однако как мы увидели, подвластна она и мне. Меня вы тоже прикажете звать чернокнижницей? Может быть, потащите меня на костер?
– Об этом, – заметил Эрдер, – я как раз и хотел спросить. Мы все видели, леди Айна, фокус, проделанный вами с выпущенными в вашего брата стрелами. Как у вас это получилось?
«Я просто очень сильно не хотела, чтобы Артур погиб. Довольно было и того, что мне пообещали его безопасность и солгали».
– Я не способна удовлетворить ваш интерес по этому вопросу, герцог. Магические знания давно забыты в моей семье, и меня никогда не учили колдовать. В детстве я не раз спрашивала по этому поводу отца. Он отвечал, что Айтверны утратили свое волшебство. Говорят, чтобы спящая Сила проснулась, ее носителю нужно оказаться в крайних, смертельных обстоятельствах. Именно в таких обстоятельствах Сила впервые пришла к Гайвену – в таких она явилась и мне. Но я не знаю, как вызвать ее снова. Если бы могла – уже вызвала.
«Ярость, страх, свет. Достаточно ли мне слишком сильно бояться или слишком сильно ненавидеть, чтобы творить чары? Отца убила моя ненависть, Артура спас мой страх. Боюсь я Гайвена или ненавижу? А этих людей вокруг?»
– Тем не менее, – подал голос Граммер, – вы волшебница – пусть даже по дару и крови, а не по обучению. Сила Айтвернов с вами – пришла однажды и может явиться снова, если положение снова того потребует. Для меня это добрый знак. Если нам противостоит чародей, хорошо иметь возможность выставить против него другого, собственного. Лорд Раймонд, – продолжил казначей, – всегда был мне другом и товарищем. Я охотно признаю его дочь своей королевой.
– Сына его, – внезапно вставил Лейвис, – своим королем вы бы значит не признали?
– Об этом молодом человеке, – ответил лорд-казначей сдержанно, – у меня осталось не лучшее впечатление. Но вы, леди Айна… Скажу откровенно, я не знаю, кто достоин занимать Серебряный Трон после гибели короля Гледерика. Кандидатов у нас немного. Но вас я поддержу без колебаний.
– Я разделяю мнение лорда Граммера, – сказал Патрик Таламор. – Кровь Айтвернов – благородная кровь. Тысячу лет Драконьи Владыки защищали эту землю. Если один из наследников их дома показал себя недостойным, спутавшись с тираном и убийцей – это не основание перестать доверять всем прочим. Я буду верен королеве Айне так же, как был верен ее отцу.
– Я лорду Раймонду верен не был – вернее, не был верен ему мой отец, – поправился Эрдер. – Но я в очередной раз повторю, как говорил уже моему другу Виктору – этот выбор в действительности самый лучший. Народ любит Айтвернов, и одобрит королеву, вышедшую из их рода. К тому же, прекрасная юная леди покажется людям приятнее седовласого угрюмого колдуна, – северянин послал А йне улыбку. – Хорошо выступите завтра в ратуше, покажитесь затем горожанам на главной площади – и к следующему вечеру Тимлейн будет ваш.
