Снаружи царили оживление и суматоха. Надевали, при помощи оруженосцев, доспех и седлали коней всадники, точили наконечники копий, лезвия мечей и алебард пехотинцы. Павильоны и тенты стремительно сворачивались, отряды строились в боевые построения на вытоптанной площадке посредине лагеря. Сотрясали воздух сердитые окрики сержантов и офицеров. На смотровых вышках и верхотуре оборонительной стены заряжали арбалеты стрелки. Позади закрытых сейчас на три засова бревенчатых главных ворот солдаты переворачивали обозы и телеги, делая из них вторую линию укреплений – на случай, если сквозь первую прорвется враг. Там же, перед воротами, пара дюжин человек из прислуги спешно рыла ров и устанавливала на его дне остро заточенные колья, как приветствие неприятельской кавалерии. Хотя приказа отступать или принимать бой еще отдано не было, войско Тарвела явно готовилось к обороне.
Сам лорд Данкан, облаченный в кирасу и вооруженный двуручным топором, ожидал Артура подле своего шатра, в сопровождении трех своих капитанов – Паттерса, Грегана и Лирмана. Составил компанию им также Блейр Джайлс – насупленный, серьезный, бодрый, в полном боевом доспехе, при полуторном мече и со щитом за спиной, держащий украшенный драконьими крыльями шлем на сгибе локтя. Чуть поодаль от них стоял Клифф. Гарландский король держался невозмутимо, никак не реагировал на творящуюся вокруг суету, смотрел куда-то вдаль.
При виде Артура лорд Стеренхорда коротко поклонился, прижав правую ладонь к груди:
– Мое приветствие, лорд регент.
– Мое приветствие, сэр Данкан. Леди Кэмерон успела сказать мне пару слов, но все же, доложите обстановку теперь и вы. Я хочу знать подробности.
– Извольте. Конный разъезд вернулся полчаса назад. Разведчики доложили, со стороны Тимлейна движется войско. Идут по Тракту налегке, никаких обоза и сопровождения – только конные и пешие. На глаз – тысяч семь или чуть того меньше. Сами понимаете, считать точное число моим людям было несподручно. В авангарде отряд под знаменем Айтвернов и Рейсвортов, дальше Гальсы и Эрдеры. Находятся сейчас милях в четырех от нас, а скоро будут еще ближе. У меня здесь три тысячи бойцов, еще две – у моего племянника Алистера в десяти милях к северо-западу, на Окружной дороге. Я отправил только что гонца к Алистеру, с приказом выдвигаться навстречу к нам. Жду вашего слова, сударь. Мы можем сейчас сняться с места и отступить, но вы сами понимаете, насколько уязвима армия на марше. Бросать обозников и челядь я не стану, а наше передвижение они затруднят. Противник легко настигнет нас и атакует в аръергард. Я подчинюсь любому вашему приказу, лорд регент, однако советую оставаться на имеющихся позициях. Часа три или четыре до подхода Алистера мы продержимся, а дальше окажемся в почти равном соотношении по численности. Здесь, к тому же, у нас уже готовы укрепления и продовольствия на две недели. Как явится Алистер, он ударит их с фланга, а мы выйдем из-за стен и атакуем в лоб. Я считаю наши шансы неплохими, если только они не прорвутся сюда сходу.
– А они способны прорваться? – уточнил Артур.
Тарвел раздраженно махнул плечом:
– Всякое возможно, мы на войне. Но стены, – он махнул в сторону десятифутовых бревенчатых укреплений, по периметру окружавших его лагерь, – здесь хорошие, недаром мои люди все лето рубили лес по правому берегу Нейры. Приставных лестниц у противника вроде нет. Этот отряд послан сюда дождаться моего изъявления покорности, а не пойти на штурм. Пока нет. Когда они доставят из Тимлейна осадный парк, а это не раньше, чем завтра – Алистер уже соединится с нами. Мы разгромим передовой отряд противника и сможем развить инициативу.
– Еще они могут забросать ваш частокол факелами, – вставила Кэмерон.
– Могут, – согласился Тарвел. – Только мы стоим на роднике, и я уже распорядился пожарной команде держать жбаны с водой наготове. – Он развернулся к Артуру. – Ожидаю вашего решения, сэр. Скажете уходить – мы уйдем, только я не считаю это правильным, уж простите старика.
Артур и сам не считал возможное отступление правильным выходом. Доводы Данкана звучали вполне разумно. Здесь они в самом деле располагали и водой, и запасами продовольствия, и возможностью обороняться. При попытке бегства их маленькая армия неизбежно будет настигнута и окружена. Куда более разным решением казалось остаться на месте и принять бой на хотя бы относительно выигрышной позиции. «Вот только разумные решения неизбежно в конечном счете заводят в ловушку. Первый натиск неприятеля мы, возможно, отобьем. Вот только затем подойдут основные силы мятежников. Дядя говорил о двадцати тысячах бойцов, пребывающих под его началом в одной только столице и окрестностях, и ему понадобится не больше двух дней, чтоб выдвинуть большую их часть против нас. Не окажемся ли мы в конечном счете в ловушке здесь, когда враг перережет любые дороги и зажмет нас в тиски?»
Несмотря на все свои сомнения, Артур, тем не менее, произнес:
