— Тихо! — я опустилась на колени, чтобы лицо было ближе к нему. — Биргабог, мне снова нужна твоя помощь. Мне нужно тихое место, где меня никто не побеспокоит. Место, откуда не будет видно самый яркий свет. Ты знаешь такое? Где-то поблизости?
Биргабог почесал ухо, склонил голову, задумчиво надул губы. А потом он подпрыгнул на два фута над полом и поднял длинный палец.
— Биргабогабог! — заявил он.
— Отлично, — я улыбнулась. — Отведи меня туда, — я прижала пальцы к медальону, и вырезанное солнце оставило глубокий след на моем большом пальце. — Мне нужно кое-что сшить.
* * *
Биргабог вел меня вниз. Все ниже и ниже по лестницам и склонам из грубого камня. Под лабиринты Горзоны, под украденные стены Орикана и его фундамент.
В камень горы. В места, где солнце никогда не сияло.
Я старалась игнорировать растущий вес над головой, но не могла полностью. Мы с Бриэль побывали в пещере в холме Хатарал, после этого я ощущала себя как в могиле. Но тогда под холмом хотя бы была вода, и она двигалась и шумела. Тут был только камень. Темный и мертвый.
Может, Биргабог воспринял мою просьбу буквально. Но никто не найдет меня тут, это точно. Никто не заметит даже блеска от моей ткани из солнечного света.
— Мы почти там, Биргабог? — спросила я. Я сняла ткань из тени и убрала в медальон. Зачем использовать тень, когда вокруг кромешная тьма?
— Биргабирга, — сказал гоблин, махнул ладонью на меня, не глядя. Он нес в руках свечу, закинул ее на плечо, как копье. Огонек трепетал от каждого его шага, не помогал в тяжелой тьме, но и не потухал. Я была благодарна ему за свечу. Его глаза, может, хорошо видели в темноте, но я не хотела бы идти за ним вслепую.
Он прыгал, как кузнечик, пока не добрался до открытого проема, где замер и посмотрел на меня большими глазами. Его огромные уши подрагивали от напряжения.
— Биргабогабог, — сказал он, указывая.
Я прижала ладонь к холодной каменной стене и посмотрела. В двадцати футах от места, где я стояла, висела одна из красных сфер, словно глаз демона во тьме. Дальше висел другой. Они озаряли коридор, который вел под углом глубже в гору.
Я сглотнула с трудом и посмотрела на гоблина.
— Думаю… мы зашли достаточно глубоко, нет?
Гоблин покачал головой, тряхнул ушами. Он без слов побежал по коридор, прыгая со свечой, торчащей за ним, будто хвост. Я могла или следовать за ним, или остаться в тяжелой тьме.
— Боги! — прошептала я и поспешила за ним. Наклон был сильнее, чем я ожидала, и приходилось ступать осторожно, чтобы не бежать, размахивая руками. — Биргабог! — позвала я шепотом. Мой голос, казалось, разносился эхом вечно, проникая все глубже в камень. — Биргабог, не так быстро!
Если он меня услышал, не подал виду. Он прыгал по коридору, минуя красные пятна света, и мне приходилось следовать. Мы прошли три, четыре, десять, двенадцать сфер. Еще один сиял впереди, дальше была лишь тьма. Это точно был конец!
Биргабог застыл под последней сферой. Она парила над проемом, который был меньше, чем тот, что вел сюда. Почти не проем, а брешь в стене.
Биргабог указал. Его свеча храбро мерцала, воск капал горячей лужей у его босых ног.
— Что там? — спросила я. Слова слетели с моих губ, и я поняла, что не хотела знать. И я знала, зайдя так далеко, что придется заглянуть внутрь и узнать, куда меня привел гоблин.
Я вдохнула и медленно кивнула.
— Хорошо. Хорошо, веди.
Биргабог прыгнул в проем, устремился по гладкому каменному полу, а потом на то, что я приняла за стол. Но… нет, это был не стол. Не совсем. Камень был в восемь футов длиной, плоский и гладкий. В свете свечи Биргабога я заметила вырезанные у основания короны и огонь.
Этот же узор был на двери комнаты Эроласа.
— О, — выдохнула я. Это было место упокоения Короля солнечного огня.
Я поежилась, посмотрела на коридор с двенадцатью сферами во тьме. Я не видела проемов под теми огнями, только грубую стену. Если приглядеться, я увижу швы на месте дверных проемов? Я найду места, где проходы закрыли, оставив королей в их гробницах?
Дрожа, я повернулась к комнате. Биргабог серьезно смотрел на меня. Он тихо развернулся, поднял свечу, словно помогал мне разглядеть место.
— Знаю, — сказала я. Страж сжал сердце, но я все равно шагнула внутрь. — Я не дам ему оказаться тут. Клянусь.
Я могла исполнить это обещание?
Я замешкалась на миг, а потом села на плиту рядом с гоблином. Я вытащила из кармана сумочку швеи и разложила рядом с собой ножницы, нить и иглу. А потом потянулась к медальону с символом солнца.
— Закрой глаза, Биргабог, — сказала я.
Гоблин опустил свечу и зажал ладонями глаза, сел на корточки. Я улыбнулась и открыла медальон.
Ослепительная ткань из света солнца полилась рекой сияющего золота. Она раскрылась на моих коленях, легла на плиту и пол, собралась там. Свет затмил сияние свечи, и на миг все пространство стало невыносимо ярким.
Но после той вспышки свет угас. Моргая из-за точек перед глазами, я посмотрела на ткань в своих руках. Она все еще сияла, красивая, золотая, легкая, как… как…
