— Именно! Скажу больше: этот ключ преступниками изготовлен не только что, а некоторое время назад! Будьте любезны сказать мне, миссис Стуарт, когда именно был построен склеп и когда был изготовлен ваш ключ?
— Мой покойный муж выстроил склеп два года тому назад, — ответила миссис Стуарт, — но дверь была изготовлена лишь полгода тому назад, и тогда же мой муж получил ключ. При жизни он хранил его у себя в письменном столе!
— Значит преступление давно уже подготовлялось! — заявил Пинкертон. — Я даю голову на отсечение, что поддельный ключ изготовлен уже месяца три тому назад! Вот эта частица черной массы, что лежит на тарелке, не что иное, как воск. С подлинного ключа был сделан оттиск, и хотя его потом тщательно отчистили, в нем все-таки осталась крупинка воска!
— А как вы думаете, — спросил Гильтон, — не увеличить ли назначенное вознаграждение?
— Я готова опубликовать в газетах, что даю миллион долларов тому, кто вернет труп! — сказала миссис Стуарт. — Не в деньгах дело! Я хочу, чтобы покой моего мужа не был более нарушен!
— Очень прошу вас, миссис Стуарт, не делать этого! — возразил Пинкертон. — Будьте любезны подождать три дня, не предпринимая ничего и не заявляя ровно никому о том, что вы готовы вознаградить преступников огромной суммой.
— А что будет через три дня? — спросила она.
— Через три дня Вильям Стуарт будет снова покоиться в своем склепе! — спокойно ответил Пинкертон.
Затем он раскланялся и ушел.
— Похититель трупа обнаружен! Он арестован и находится уже в руках полиции!
С этими словами Боб Руланд ворвался в рабочий кабинет своего начальника, размахивая газетой.
— Вот читайте, м-р Пинкертон! — продолжал он, кладя газету на письменный стол. — Это вечерний выпуск! Видите заглавие? Похититель трупа найден! Преступник — племянник покойного миллионера! Мотивом послужила месть!
Пинкертон спокойно прочитал статью.
Действительно, в газете было сказано, что полиция около полудня арестовала некоего Артура Стуарта, племянника покойного Вильяма Стуарта.
Артур Стуарт служил в деле своего дяди, и так как он был прилежен и способен, то вскоре сделался правой рукой покойного.
Но вдруг между дядей и племянником вышло какое-то недоразумение; в кабинете старика произошло с глазу на глаз бурное объяснение, и в результате Артур Стуарт оставил свою должность.
— С нынешнего дня у нас с тобой нет ничего общего! — кричал старик, когда Артур Стуарт, бледный и в сильном волнении, выходил из кабинета.
— Я ухожу, м-р Стуарт, — злобно проговорил Артур и остановился, — но знайте, что сегодняшнего дня я вам не забуду, и вы за это оскорбление дадите мне ответ даже и после вашей смерти! Вы старик — возможно, что вы скоро умрете! Неужели вы будете лежать спокойно в гробу! Можете быть уверены, что этого не будет — об этом предоставьте мне позаботиться!
Крикнув это, Артур удалился.
Никто не знал, что именно произошло между дядей и племянником, но надо было думать, что полный разрыв имел весьма серьезные основания.
После разрыва с дядей Артур Стуарт находился в очень стесненных обстоятельствах. Он нашел место у какого-то биржевого маклера, но получал весьма мизерное вознаграждение за свой труд.
Прочитав обо всем этом в газете, Пинкертон сказал:
— Этот Артур Стуарт ровно ни в чем не виновен! Боб, найми коляску!
Спустя несколько минут у подъезда уже стояла коляска. Пинкертон быстро оделся и вышел.
— В полицейское управление! — приказал он кучеру.
Подъехав к зданию полицейской тюрьмы, Пинкертон направился к судебному следователю.
Он попросил разрешения повидаться с арестованным Артуром Стуартом, и дежурный полисмен проводил его в камеру заключенного.
Артур Стуарт, симпатичный молодой человек, с белокурыми волосами и усами, сидел на постели в глубоком раздумье.
Он был очень бледен, и все его лицо выражало явное уныние.
— М-р Артур Стуарт? — спросил Пинкертон, стоя на пороге.
— Что вам? Кто вы такой? — глухо проговорил молодой человек, не поднимая головы.
— Вы могли бы встретить меня немного приветливее! — засмеялся Пинкертон. — Я явился с весьма приятным для вас известием!
— Я буду свободен? — воскликнул Артур Стуарт и вскочил на ноги. — Моя невиновность уже выяснилась?
— Потерпите, так быстро это не делается! — возразил Пинкертон. — Но вам должно быть уже приятно, что я считаю вас невиновным!
— Только-то! А я-то думал, что вы пришли ко мне с вестью о свободе!
— Освободить вас немедленно я не могу, но через час вы уже будете на свободе! Требуемый залог в 10000 долларов будет за вас внесен!
— Кто внесет за меня такие деньги! — пожимая плечами, возразил Артур Стуарт. — У меня теперь нет ни родственников, ни друзей, да и в тех родственниках, что были, пришлось горько разочароваться!
— Вы имеете в виду покойного Стуарта? — спросил Пинкертон. — Послушайте, милейший, будьте откровенны со мной! Меня ваше дело интересует, и я убежден в вашей невиновности!
— Вы, вероятно, адвокат, — недоверчиво ответил Стуарт, — и хотите взять на себя мою защиту?
