В нём запылала благодарность, которую было так же тяжело вынести, как и страх. Хотя если с ним что-то и случится сейчас, то, по крайней мере, он не будет одинок.
«Вода», — требовал Энергетический пузырь. «Водаводавода».
Подобравшись к раковине, Адам повернул кран. Вода хлынула наружу, с ароматом дождя и камня. Он протянул руку через поток, чтобы заткнуть внизу пробку. Чернильно-чёрной жидкости оставалось проползти всего несколько дюймов до его туфель.
«Не позволяй ему тебя касаться...»
Он вскарабкался на край раковины, когда тьма уже добралась до нижней части стены. Она поднимется выше, Адам это знал. Но вот, наконец, вода заполнила раковину и перелилась через край на пол. Она вылилась на тьму беззвучно, бесцветно, устремляясь к стоку, оставляя после себя только светлый обычный бетон.
Даже после того, как чернота была смыта, Адам позволил воде, которая пропитывала его обувь, литься из раковины ещё одну долгую минуту. Затем соскользнул с края раковины. Он зачерпнул воду в ладони и плеснул пахнущую землёй жидкость себе в лицо, на левый глаз. Снова и снова, снова и снова, снова и снова, пока глаз не перестал чувствовать усталость. Пока он вообще не перестал что-либо ощущать. Когда он посмотрел в зеркало, то снова увидел свой глаз, не более. Только своё лицо. Больше не было никаких признаков солнца или нерадивой радужки. За ресницы Адама цеплялись капли рек Энергетического пузыря. Энергетический пузырь бормотал и стонал, его плети проникали через Адама, свет то вспыхивал, то гас у него под веками, камни давили на ладони.
У Энергетического пузыря ушло много времени, чтобы прийти ему на помощь. Всего несколько недель назад, когда на него рухнула кровля, Энергетический пузырь спас его в мгновение ока. Если бы это случилось сегодня, Адам был бы мёртв.
Лес нашёптывал ему на своём языке, в равной степени состоявшем из слов и картинок, и заставил понять, почему он так долго шёл на выручку.
Что-то напало на них обоих.
Глава 14
Так как Мора уже указала на то, что отстранение не являлось каникулами, Блу, как обычно, отправилась в Нино на свою послешкольную смену. Несмотря на то, что солнце слепило, стоило выйти на улицу, ресторан был странно тусклым внутри — фокус предгрозового потемнения западного неба. Тени под металлическими ножками столов казались серыми и размытыми. Сложно было сказать, достаточно ли уже темно, чтобы зажечь лампы, которые висели над каждым столиком, или нет. Это решение могло подождать — в ресторане никого не было.
Ей нечем было занять свой ум, разве что уборкой сыра пармезан из углов помещения, и Блу задумалась о приглашении Гэнси на тога-вечеринку сегодня вечером. К её удивлению, мама очень хотела, чтобы она туда пошла. Блу высказалась, что Аглионбайская тога-вечеринка противоречит всему, что она отстаивала. На что Мора ей ответила:
— Мальчики из частной школы? Куски ткани в качестве одежды? Да, кажется, последние дни именно это ты и отстаивала.
Шуф, шуф. Блу агрессивно мела пол. Она чувствовала, как на всех порах мчится к самоанализу, и не была уверена, что ей это нравится.
В кухне хохотал начальник смены. Наверху диссонирующе, неуклюже раздавалась воинствующая музыка электрогитары; он смотрел видео на своём сотовом с поварами. С громким «динь» распахнулась дверь ресторана. К её удивлению, внутрь вошёл Адам и осторожным взглядом оглядел пустые столики. Его школьная форма была странно испачкана: брюки мятые и забрызганы грязью, белая рубашка в пятнах и местами мокрая.
— А разве я не должна была позже тебе позвонить? — поинтересовалась Блу. Она уставилась на его форму. Обычно та была безупречна. — Ты в порядке?
Адам соскользнул на стул и осторожно коснулся левого века.
— Я вспомнил, что после школы у меня «гири» и «открытия» и не хотел, чтобы ты меня не застала. Эээ, физра и внеклассный по научному методу.
Блу прошлась метлой по его столику.
— Ты так и не ответил, в порядке ли ты.
Он раздражённо щёлкнул пальцами возле одного из самых влажных мест на рукаве.
— Пузырь. С ним что-то случилось. Я не знаю что. Придется хорошенько потрудиться. Думаю, мне нужен кто-то для подстраховаки. Что ты делаешь сегодня вечером?
— Мама говорит, что я иду на тога-вечеринку. А ты?
— Я не собираюсь на вечеринку Генри Ченга, нет. — В голосе Адама сочилось презрение.
Генри Ченг. Смысла незначительно прибавилось. В диаграмме Венна[18], где один круг содержал слова тога-вечеринка, а другой — Генри Ченг, Гэнси, возможно, в конечном итоге, был той самой точкой, в которой они пересекались. Смешанные чувства Блу нахлынули на неё с новой силой.
— В чём собственно дело у тебя с Генри Ченгом? И хочешь пиццы? Кто-то сделал неправильный заказ, и у нас есть оплаченная пицца.
— Ты его видела. У меня нет на это времени. И да, пожалуйста.
