Его будущая жертва тяжело сглотнула, не находясь, что ответить. Диктор говорил с ним теми же словами, подразумевал тоже самое и… оказался прав. Босс тоже знает, что он прав, и это пугает еще больше.
Откуда-то слева послышались негромкие, уверенные шаги, и палач, улыбнувшись, повернул голову.
— О. А вот и еще один предатель.
Со стороны густых деревьев к нему, шагая неспешно и даже как будто лениво, приближался высокий человек в длинном черном пальто. Он шел, хладнокровно глядя на душераздирающую сцену, разыгрывающуюся на его глазах, шел, сунув руки в карманы пальто и, казалось, просто прогуливался по ночному парку, абсолютно не замечая присутствующих здесь людей.
— Он… — обреченный, рассмотрев еще одного участника событий, заволновался, — Эт… это он, босс! Он пытал меня, он заставил меня рассказать!.. — последние слова только сорвались с губ, а он уже понял, что совершил ошибку. Босс резко повернулся к нему, и неприятно улыбнулся, зло щурясь. В глазах его, на лице, освещенном луной, отобразилось что-то такое, что несчастный отшатнулся и, не отдавая себе отчета в действиях, забормотал почти забытую молитву.
— Значит, все-таки рассказал… — прошипел убийца и выплюнул травинку. Выстрел прозвучал одновременно с этим действием; не закончивший молитву человек тяжело завалился на землю.
Приблизившийся мужчина, остановившись на расстоянии нескольких шагов, вежливо изогнул бровь.
— Опрометчиво разбрасывать мусор в общественном месте, Ди-Ре.
— Кто бы говорил! — Ди-Ре, злой, как черт, рывком повернулся к новому собеседнику, — Этот ублюдок предал меня, Альфа, он растрепал тому, кому не следовало, то, что нельзя! Растрепал не без твоей помощи… — он вновь прищурился и внезапно, не целясь, выстрелил.
Острая боль прошила правую ногу выше колена; вниз заструилась горячая липкая жидкость. Арчи дернулся, но не вскрикнул, привычно сдерживая себя, лишь сжал рукоять пистолета в кармане, касаясь указательным пальцем курка.
Ди-Ре, совершенно довольный как своим поступком, так и реакцией собеседника, криво ухмыльнулся, шагая к нему.
— Я люблю сильных людей, Арчи… — теперь голос сумасшедшего ублюдка напоминал мурлыканье кошки, звучал почти нежно, однако, Молле не дал себя обмануть. Дьявола из Рейкьявика он знал слишком хорошо, чтобы поверить в его внезапно изменившиеся намерения.
— Очень люблю… — Ди-Ре сделал еще один шаг и остановился, склоняя голову набок, — Просто убить тебя было бы слишком скучно, Хищник, хотя я бы и мог… но нет, — лицо его ожесточилось; на губах появилась безумная, кровожадная улыбка, — Нет-нет-нет, я не хочу, чтобы все было так просто! Я поохочусь на тебя, Альфа, всласть поохочусь, я загоняю тебя до потери сознания и вот тогда…
— Смотри не поранься во время гонки, охотник, — холодно перебил его Арчибальд.
Прогремел выстрел. Альфа стрелял сквозь пальто, не доставая пистолет, но на меткости его это не сказалось ни капли — Ди-Ре, взвизгнув, схватился за правую руку, роняя оружие и, весь дрожа, ошарашенно уставился на окрасившую пальцы кровь. Причинять боль Дьявол любил, но сам ее чувствовать ненавидел, а собственной крови так и вовсе боялся.
— Что… что ты наделал?.. — голос психопата дрогнул, он замотал головой, зажмуриваясь, — Мне больно, больно!.. Я не прощу тебе этого! — он распахнул глаза, взирая на собеседника с нескрываемой ненавистью, — Ты думаешь, Нику Конте было больно, когда я бил его ножом?! Тебе будет больнее стократ, Арчи, ты не знаешь, с кем связался!!
— Я очень хорошо знаю это, Хинрик, — хладнокровно отозвался Молле. Нога его разрывалась от боли, сознание так и норовило смешаться, но мужчина продолжал сохранять равнодушие, не показывая противнику слабости. Сейчас это было слишком опасно, и Арчибальд, сознавая эту опасность, держался одним только усилием воли.
— Очень, — повторил он и, окинув тяжело дышащего безумца презрительным взглядом, резко бросил, — Не пытайся подобраться к Тресу. Если дорожишь своей шкурой — оставь его, дурак, королем тебе все равно не стать.
— Ааа… — Ди-Ре зашипел, как гадюка, немного склоняясь, будто изготавливаясь для броска, — Так ты знаешь! Выяснил вместе со своими дружками, что мне нужно, чего я хочу… Только обломайся, Альфа! Я стану королем, я покорю Восточную долину, потому что убью этого мерзкого мальчишку! И займу его место, а ты… — он медленно потянул носом воздух, сильнее зажимая рану на руке, — Ты еще будешь умолять меня о пощаде, тварь, я заставлю тебя!..
— Это вряд ли, — Молле чуть приподнял подбородок, стискивая спрятанные в карманы руки в кулаки. Он не хотел упасть на глазах у безумца, не хотел дать ему шанс убить себя.
— Я сказал все, что хотел, Хинрик, — бросил он и резко развернулся, столь уверенно и решительно, словно и не был ранен, после чего обернулся через плечо, — Ах… чуть не забыл. Если ты еще раз тронешь мою добычу — я буду стрелять не в руку, а в голову. Запомни, «охотник», Хищника лучше не злить.
