Противник, вооруженный ножом, с рычанием бросился на него — безо всякой техники, без расчета, ведомый одной лишь горячей яростью, и Арчи тотчас воспользовался этим.
По-прежнему ловкий, по-прежнему легкий и очень подвижный, он мгновенно нырнул под рукой дилетанта и, обернувшись, наотмашь ударил его по затылку, после чего ударом ноги в спину отправил к лестнице. Бандит покатился, считая ступени и глупо размахивая руками, напрочь забывая про нож, зажатый в одной из них. Нет ничего удивительного, что нож этот в результате оказался в его же собственной ноге.
Он взвыл и, очень удачно приложившись затылком о последнюю ступеньку, упал точно к ногам поднимающегося по лестнице человека.
Тот замер, не столько испуганный, сколько изумленный и, неспешно подняв голову, вопросительно глянул на хладнокровного Хищника возле двери квартиры Кевина.
— Развлекаетесь без моего участия?
Кевин, услышав знакомый голос, метнулся вперед, выглядывая из-за спин все еще стоящих у двери друзей и широко улыбаясь.
— Ке… Карвер!
— На сей раз внимание предпочли уделить мне, обделив им тебя, Величество, — Арчибальд усмехнулся, глядя с каким омерзением Трес перебирается через поверженного неприятеля, — Надеюсь, ты решил все свои дела?
— Все дела решить никогда не получится, — философски отозвался Карвер и, наконец перебравшись через валяющегося без сознания человека, вздохнул, окидывая его долгим взглядом, — У него кровь идет. Может, «Скорую» вызвать?
Шон и Доминик переглянулись с нескрываемым изумлением; Молле насмешливо хмыкнул. Кевин вытаращил глаза и недоверчиво покачал головой.
— Прошу прощения, — голос подал все-таки Альфа, как наиболее язвительный из здесь присутствующих, — Кажется, Ваше Величество изволили забыть, где находятся и кем пока являются. Тресу не пристало такое поведение, парень, — он неодобрительно прищелкнул языком, — С каких это пор ты жалеешь чужих пешек?
Старший Хилхэнд, изумленный этим необоснованным обвинением сверх всякой меры, вскинул брови.
— Кто тебе сказал, что я его жалею? — он неприязненно оглянулся на без пяти минут труп и поморщился, — Он пачкает лестницу, я не хочу, чтобы у моего брата были проблемы с соседями, и… О. Так тут и еще одна падаль имеется?
Кевин — человек в высшей степени добропорядочный, но вынужденный вращаться волею судьбы в криминальных кругах, тихонько вздохнул. Когда брат начинал вести себя вот так, всем видом демонстрируя, что преступника в себе он не только не изжил, но и, похоже, даже не планирует этого делать, ему всегда было очень неприятно.
Впрочем, изменить парня, на протяжении всей жизни знавшего только плохие компании, человека, который создавал себя сам и, наконец, создал таким, каким его можно лицезреть сейчас, не было смысла даже и пытаться. Кевин понимал это, понимал прекрасно и, признаться, в некотором смысле уповал на воды источника, должные бы исцелить не только тело, но и душу. В конечном итоге, Арчибальда же они от застарелой ненависти избавили, может, и Карверу помощь окажут?
— Надо их вынести, что ли… — Шон неприязненно поморщился, — Или растолкать этого, — он пнул валяющегося в нокауте бандита, — И велеть ему убираться, захватив приятеля?
Трес безразлично махнул рукой — он ко всему этому отношения не имел, пришел уже к концу драмы, поэтому особенно исходом не интересовался.
— Делай, как знаешь, — парень равнодушно отвернулся и спокойно направился в квартиру, — Мне, кажется, пора собирать вещи. Вы решили, когда мы точно отправляемся?
Арчи легко пожал плечами — на этот вопрос ответ он, к своему неудовольствию, знал, и ответить не преминул.
— Завтра. Да, кстати, Кевин, — взгляд преступника скользнул к хозяину квартиры, — Где мое пальто?
Врач, отвлекаясь от созерцания последствий кровавой драки, развел руки немного в стороны.
— Сохнет. Его пришлось стирать — оно все было в крови. Кстати, там еще дырка в районе кармана, кажется, от пули…
— Я стрелял в Ди-Ре сквозь него, — Молле невнимательно мотнул головой, — Надеюсь, к завтрашнему дню оно высохнет? Мне не хотелось бы выходить на улицу в одной рубашке — там не май месяц.
— Угу, — Доминик, как раз присевший на корточки рядом с пострадавшим, и прикидывающий, как его растолкать, поднял голову, — Всего лишь конец апреля. Скажи лучше прямо — не хочешь портить амплуа.
Арчибальд спорить не стал.
— Хоть бы и так, — легко отозвался он, — В любом случае, мне бы не хотелось тратить время на покупку другого пальто.
***
Возле входа в аэропорт было многолюдно, пожалуй, даже слишком. Слышались недовольные возгласы, ругань; кто-то вопил о возврате денег за билеты, кто-то сетовал на сложную ситуацию в мире вообще, и в городе в частности…
Арчибальд, все-таки получивший не до конца высохшее пальто, поправил его воротник и, решительно раздвигая людей, направился прямиком к охране у входа. Церемониться, и ждать, пока ситуация проясниться сама собой, он не желал.
— В чем дело? — вопрос был задан резко, и до такой степени уверенно, где-то даже повелительно, что охранник невольно вытянулся по струнке, вероятно, подумав, что видит начальство.
