К экзамену по зельям он готовился особенно тщательно. И, получив задание — приготовить Морочащую закваску, обрадовался: зелье было не очень сложным. Но профессор Снейп, коротко взглянув на содержимое его котла, начертил в своих бумагах маленький круг.
— Ноль?! — Карл так удивился и расстроился, что произнёс это вслух.
Профессор остановился и проговорил с презрительной усмешкой:
— Вы приготовили не то зелье, которое указано в задании.
Карл поражённо уставился в свой котёл. А ведь правда… На свету это зелье отливает фиолетовым… Странно, немного больше тысячелистника — и вместо Морочащей закваски получился отвар Тоски…
На экзамене по защите от Тёмных искусств нужно было пройти полосу препятствий, встречая на пути гриндилоу, красных колпаков, болотных фонарников и — в конце испытания — боггарта. Профессор Люпин, весело подбадривающий студентов, толпящихся на линии старта, увидев Карла, вдруг погрустнел. «Неужели он тоже считает меня не способным ни на что?» — в отчаянии подумал мальчик.
В этом году Карл пропустил только одно занятие по защите, и помнил все опыты, показанные профессором. Только боггартов пришлось изучать по учебнику. Боггарты превращались в то, чего человек боялся больше всего, и их можно было победить заклинанием смеха.
Забравшись в дупло старого дуба, Карл поднял вверх палочку, пытаясь разглядеть своего противника. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел стоящего напротив мальчика, протягивавшего вверх волшебную палочку.
— Ты?.. — поражённо произнёс Карл.
— Ты, — повторило его отражение, наклонив голову.
— …Я не боюсь тебя…
— Боишься, — улыбнулось отражение, — иначе почему я здесь?
Карл вглядывался в такое знакомое лицо — и оно постепенно начинало казаться ему чужим. Глаза были теми же самыми, но взгляд — другим. Холодный и давящий, он горел ненавистью человека, уставшего ненавидеть себя и теперь ненавидевшего всё. Горькая, презрительная усмешка изогнула тонкие губы. Руки сжались в кулаки, пальцы дрожали, словно он из последних сил сдерживался, чтобы не разнести в прах и это старое дерево, и себя самого.
— Нет… Ты не я… — прошептал Карл.
Чёрная тень, отделившись от его плеча, взмахнула полами мантии и, медленно преодолев разделяющее их расстояние, застыла в воздухе за спиной отражения.
— Я — это ты, — ответило отражение.
— Нет…
— Тогда попробуй посмеяться надо
— Я и чужую боль не стал бы превращать в смех, — пробормотал Карл.
— Похвально… Только рядом с тобой нет никого, кто мог бы это оценить.
— Зато тебя я слышу очень часто… — хмуро ответил он.
— Просто признай, что я — это ты…
— Ты только часть меня!
— Пока… — улыбнулось отражение.
— Нет, я не стану тобой! Никогда не стану! — Карл повернулся, собираясь уйти.
— Ты кое-что забыл, — сказало отражение, продолжая улыбаться.
Карл остановился. Чёрная тень медленно вернулась на его плечо.
— Прощай, — сказал он отражению.
— До встречи… — ответило оно.
Около дерева Карла ждал взволнованный профессор Люпин.
— Всё в порядке, — сказал ему мальчик.
Последним экзаменом был уход за магическими существами. Ученикам предстояло продемонстрировать своё умение ухаживать за флоббер-червями. После несчастного случая с гиппогрифом флоббер-черви стали появляться на занятиях Хагрида с завидным постоянством. Это было самое лёгкое задание: весь уход за червями состоял в кормлении. Медлительные и беспомощные, эти существа напоминали Карлу стариков. Напротив приюта находился дом престарелых, и мальчик часто видел, как в хорошую погоду медсёстры вывозят в колясках своих подопечных… Странная симметрия этого мира: на одной стороне улицы жили дети, которых бросили родители, на другой — родители, брошенные детьми…
Хагрид, не глядя, ставил всем оценки. Сейчас его волновала только судьба Клювокрыла. Как и предсказывал Карл, за мгновение справедливой, но всё-таки ярости гиппогриф должен был заплатить жизнью.
Попрощавшись с опечаленным преподавателем, Карл побрёл в замок. У подножия холма он заметил светловолосого мужчину, опиравшегося при ходьбе на трость. Ему не хотелось встречаться с отцом Драко Малфоя, но времени спрятаться уже не оставалось.
— Здравствуйте, мистер Малфой, — произнёс Карл, поравнявшись с мужчиной.
Тот едва заметно кивнул. Этот красивый, властный, с лёгкими признаками изнеженности человек, казалось, никогда не сомневался в своей правоте. Словно правоту он унаследовал от предков вместе с кровью. Карл почти слышал его мысли:
Он опустил голову, пытаясь не слышать внутри себя этих слов, и собирался уже уйти, когда его окликнул спокойный, чуть сладковатый голос.
— Мистер Штерн, если я не ошибаюсь?
— Да… — пробормотал мальчик. «Ну, давай, скажи, что я грязнокровка и что мне здесь не место!..» — подумал он, напрягшись.
— Советую с большим вниманием относиться к указам министерства Магии. В следующий раз вам может так не повезти.
