Строгие люди в тщательно отглаженных мантиях желали знать, когда мальчик впервые заинтересовался анимагией, как он научился этой трансформации, каковы основные признаки его анимагической формы. И Карлу приходилось снова и снова объяснять, что он не анимаг. Что превращение в кита — случайность, вызванная стечением обстоятельств. Что он не сможет повторить этого второй раз.
Ему не верили. Кто-то даже предложил поместить ребёнка в резервуар с водой и проверить, как отреагирует на это его тело. И только когда Карл заявил, что скорее позволит себе захлебнуться, чем превратится в самую крошечную рыбёшку, его отпустили. Но дело всё-таки завели. И теперь на одной из полок министерства лежала папка с фотографией, на которой худой мальчик исподлобья смотрел на окружающих. В документе значилось имя — Карл Штерн — и анимагическая форма — синий кит. Особые приметы записать не получилось, но чиновники решили, что они не нужны. Вряд ли найдётся другой волшебник, превращающийся в кита. «Это ведь очень большое и неповоротливое животное», — заметила одна из заместительниц Корнелиуса Фаджа.
А вот у Карла особая примета была: в правом верхнем углу стоял квадратный красный штамп «магглорождённый». Наблюдая, как секретарша в блестящей чёрной мантии ставит печать, Карл вспомнил рассказы Франца. Старый немец, дед которого был евреем, очень удивился бы, увидев, что мир волшебников
Карл покидал министерство с ощущением, словно вывалялся в грязи. Эти чиновники напоминали ему выставленные в витринах манекены. Все они смотрели на него, но в их глазах мальчик не видел себя. Там отражался такой же манекен. «Если провести с ними ещё несколько дней, и в самом деле можно поверить, что ты не человек, а проштампованная папка... Вот уж куда бы я ни за что не пошёл работать...»
А мистеру Малфою, похоже, нравилось общество этих манекенов. Карл несколько раз видел его беседующим с Корнелиусом Фаджем.
«Наверное, просил министра посадить меня в клетку с табличкой «Осторожно, грязная кровь»», — думал мальчик, сидя в красном экспрессе. За окном, нарушая все законы природы, шёл дождь. Шум падающих капель отдавался в его сердце смутной тоской.
Карл вспоминал бесконечные вопросы в чёрных кабинетах и понимал, что лгал, отвечая на них. Да, он не был анимагом, способным в любое мгновение превратиться в животное, но если бы захотел, сильно захотел, то сумел бы стать синим китом. Это Карл знал точно. Он не знал другого: смог ли бы он снова вернуться...
Хогвартс встретил его морозом, превратившим выпавший дождь в лёд, и громким смехом Драко.
— Смотрите, наша рыба приехала! — крикнул он своим друзьям, и те с готовностью поддержали его шутку.
— Ты в ванне тоже в рыбу превращаешься? — спросил Гойл и поймал одобрительный взгляд сына лорда Малфоя.
— Может, покажешь нам свой фокус? — Креббу тоже захотелось заслужить одобрение.
— Нет, — похлопал его по плечу Драко, — для этого ему нужна его мокрая курица. Карл, может, ты и женишься на своей вороне?
На этот раз Валери не стала спрашивать разрешения, она просто подошла и, размахнувшись, ударила Драко кулаком по лицу. Тот не удержался и упал. Из разбитого носа потекла кровь.
Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не пришла профессор МакГонагалл. Досталось всем. Студенты Слизерина лишили свой факультет нескольких десятков баллов, а о поведении Валери Дюран было доложено мадам Максим. Девочку посадили под домашний арест, но провела она взаперти всего один день. Похоже, директор Шармбатона не очень высоко ценила носы студентов Хогвартса.
Прошла неделя, и события второго испытания стали постепенно стираться из памяти учеников. Но как только Карл решил, что эта проблема решена, возникла новая трудность.
После урока трансфигурации профессор МакГонагалл попросила его задержаться. Карл думал, она собирается поговорить о поведении Валери, но декан Гриффиндора спросила, складывая в аккуратную стопку контрольные работы учеников:
— Полагаю, профессор Снейп уже сообщил вам о Святочном бале.
Карл мысленно улыбнулся её словам: они с профессором Снейпом даже о повседневных делах не разговаривают, с чего бы им говорить о праздниках и балах?
— Нет...
— Вот как? — произнесла Минерва МакГонагалл тоном, означавшим: «Я так и думала». — Святочный бал — традиционная часть Турнира Трёх Волшебников. Он устраивается для старшеклассников, начиная с четвёртого курса, хотя вы имеете право пригласить бального партнёра с младших курсов.
— Бального партнёра? — с опаской переспросил Карл.
— Партнёра для танцев, — объяснила профессор. — Бал открывают чемпионы в паре с выбранным партнёром, так что ваше участие обязательно. Для тех, кто не очень хорошо знаком с танцами, будут организованы танцевальные классы.
— Спасибо... — тихо сказал Карл. — Спасибо, что сказали мне...
— Надеюсь, вы достойно представите школу. Святочный бал не только развлечение, но и повод завязать дружеские и культурные связи с нашими гостями из Дурмстранга и Шармбатона.
