Валери отшатнулась. Ей уже почти удалось убедить себя, что этого не было, что она не слышала этих слов, что шляпа ничего не говорила!..
«Это всё ложь, ложь!.. И это пророчество, и эта женщина!.. Ничего этого не будет!..»
С трудом находя дорогу среди разбросанных вещей, она выбралась из-за портьеры и побежала к люку. Хрустальный шар медленно покатился за ней...
За ужином Карл так и не дождался Валери в столовой. Обед он пропустил, поэтому теперь волновался за неё. Но Тереза Марлоу сказала, что у Валери разболелась голова от благовоний в башне профессора Трелони и она ушла к себе. Так было даже лучше, иначе пришлось бы снова придумывать, почему он не может провести с ней вместе вечер: Карл хотел, насколько это возможно, сохранить свои вечерние наблюдения за классом Амикуса Кэрроу в тайне.
Доев скудный ужин (золотые подносы с разнообразной едой были отменены по распоряжению Министерства Магии в связи с грядущей войной), Карл посмотрел на преподавательский стол. Кэрроу кивнул сестре и откланялся.
«Значит, и мне пора», — подумал юноша, вставая.
В этот раз в класс для отработок вместе с Амикусом пришла Алекто. Слушая равнодушное, холодное
Говорили то сестра, то брат, то сразу оба...
«Как хорошо... что я успел научиться передавать энергию... без прикосновения... как вовремя...» — повторял в мыслях Карл. — «Но этим-то что отдать?.. Даже Том Реддл иногда слышит меня... редко... очень редко, но слышит... Может, и они... когда-нибудь... и они...»
Его мысли путались, сознание обрывалось, он уже плохо понимал, кто он и что делает... Синий кит... Синий кит, пойманный и выброшенный на берег...
«Ты всегда можешь встать и уйти...» — зашептал знакомый голос. — «Они тебе никто... Встань и уйди!..»
«Поздно уходить...»
«Ещё нет. Пойдём со мной!..»
Карл с трудом поднял голову и улыбнулся. Странно, слова этого призрака вдруг наполнили его новой силой. Он вспомнил себя, отчаявшегося и омертвевшего, идущего по этому коридору вслед за Долорес Амбридж и готового вырезать кровавые буквы у неё на груди.
«Если бы я пошёл за тобой, я бы в конце концов встал рядом с ними... Я так рад, что этого не случилось...»
Его глаза закрылись, и плечи поникли... Дверь в классе открылась, из неё медленно потянулись ученики, держащиеся друг за друга, чтобы не упасть...
Когда сознание вернулось к нему, в коридоре уже стихли последние шаги.
«Повезло, что Кэрроу меня не заметили... В следующий раз надо быть осторожнее...» — он коснулся вспотевшего лба и тут заметил, что у него пошла носом кровь. Прижав к лицу платок, Карл попытался встать. Через несколько минут ему это удалось. Добравшись до ближайшего туалета, он хотел подойти к раковине, но почувствовал такую слабость, что прислонился к стене и медленно сполз на пол.
«Сейчас посижу немного и встану...» — Карл запрокинул голову — и увидел стоящего над ним Северуса Снейпа.
— Что вы делаете? — угрожающе произнёс он.
— Профессор...
— Я спросил, что вы делаете?!
— ...Ничего... просто...
— Думаете, вы так помогаете им? Кэрроу рано или поздно догадаются, что на детей в Хогвартсе их заклинания действуют меньше! И тогда их ждёт нечто пострашнее
— ...Но, профессор...
— Я знаю, что делаю!.. Да, им будет больно, но они останутся живы!..
— Но боль... я могу...
— Кем вы себя возомнили?.. Вы всего лишь ребёнок!.. И вы не можете тащить на себе всю эту дрянь!.. Посмотрите, не прошло и месяца, а вы уже еле ходите!
— Нет... я... я в порядке... Сейчас посижу немного... и встану...
— Карл, я серьёзно говорю. Если вы не прекратите это самоубийство, я вынужден буду принять меры, — Северус Снейп больше не кричал, его голос звучал тихо и строго.
Юноша опустил глаза, но ничего не ответил.
Из коридора донеслись голоса.
— Гойл, проверь, не спрятался ли кто-нибудь в туалете, — приказал Драко Малфой.
Его друг схватился уже за ручку двери — и чуть не столкнулся с директором.
— Там никого нет, — коротко проговорил Северус Снейп. — Проверьте лучше библиотеку, миссис Пинс сообщила, что вчера у неё пропало несколько ценных томов из Запретной секции.
— Да, директор! — с готовностью согласился Гойл.
Драко смерил его презрительным взглядом.
Последний год в своеобразном союзничестве учителя и ученика возникла трещина. И если раньше Драко испытывал к своему декану нечто, напоминающее уважение, то теперь ему оставалось только с презрением смотреть на Северуса Снейпа. Презрение к другим всегда было лучшим лекарством от презрения к себе: ведь учитель-полукровка сумел сделать то, что оказалось не под силу наследнику великого рода Малфоев.
— Драко, вы слышали меня? — спросил Северус Снейп.
— Слышал... — пробормотал тот, глядя на учителя с откровенной неприязнью.
— Я предупрежу миссис Пинс, что разрешил вам осмотреть Запретную секцию, — сказал директор, делая вид, что не замечает этого взгляда. — Идёмте.
