Поцелуй становился все жарче. Я слышала, как участилось дыхание Нокса, и, когда он чуть отстранился, едва не застонала от разочарования.
– Но почему?! – обиженно выдохнула я, поняв, что он пытается восстановить дыхание.
– Просто боюсь, что ты не готова.
– Я более чем готова, поверь, – пробормотала я и настойчиво принялась расстегивать его рубашку.
– Понимаешь, Вирена, – он нежно сжал мои запястья, чуть отводя их в сторону, – для меня все серьезно. А это кое-что значит.
– В курсе…
– Нет, – он усмехнулся. – Ты же помнишь о том, что детей мы можем иметь только с любимой женщиной? Так вот… я люблю тебя, Вирена.
– Я тоже тебя люблю, – не стала отрицать я. – Ты хочешь ребенка?
– Дело не в желании. – Было видно, как сложно ему говорить. – Но первый раз с любимой женщиной… Никакие средства защиты, скорее всего, не сработают.
– Ты хочешь сказать, один раз – и…
– Я бы сказал, такая вероятность велика. Не хочешь подождать до свадьбы?
– А ты собираешься на мне жениться? – по-детски обрадовавшись, спросила я.
– Конечно. Даже хотел тебе сделать красивое предложение завтра во время салюта. Но ты, как всегда, поторопилась.
– Ну, раз ты все равно собрался на мне жениться, не понимаю, зачем ждать! – удивилась я и снова вцепилась в воротник рубашки.
Сейчас Нокс не противился, впился в губы поцелуем, сжал в объятиях. Даже дышать стало сложно.
– А скажи, – выдохнула я после очередного поцелуя, – каждый раз будет заканчиваться ребенком?
Этот вопрос пугал: я не была готова на такие подвиги.
– Нет, – жарко прошептал он. – Не поддается контролю только первый. Дальше все гораздо предсказуемее.
Горячие ладони прошлись по спине. Я справилась с пуговицами на рубашке Нокса и нежно изучала губами гладкую теплую кожу, когда откуда-то снизу раздался чей-то визг и страшный грохот. Мы с Ноксом отскочили друг от друга как ошпаренные.
– Что это? – испуганно спросила я.
– А я откуда знаю? – отозвался он, торопливо застегивая рубашку.
– Ну, вдруг у вас тут какие-нибудь семейные привидения водятся?
– Может, и водятся. Но они не визжат по ночам.
«Только не это…» – пронеслось у меня в голове, пока я следом за Ноксом выскакивала в коридор. Магистр не отходил от меня ни на шаг, поэтому я не успела обсудить с Халявой булки и елку и сейчас готова была поспорить, что там хозяйничает мой любимец. Как же не вовремя!
Я не ошиблась. В зале было оживленно. На самой макушке ели сидел Халява и остервенело жрал глазированную звезду, вцепившись в нее лапами. Внизу бегали родственники Нокса, многие уже готовили заклинания. Визжала, судя по всему, Тара.
– Тут демон! Что он делает на моей елке! Нокс, убей его! – возмущалась леди Вивьен.
– Это мой демон! – взвыла я, кидаясь наперерез недоброжелателям. – Не трогайте его! Он хороший, только вечно голодный. Халявочка, иди сюда! – позвала я, протягивая к испуганному, но не перестающему жевать пушистику руки.
– Вирена, – строго спросил Нокс, – ты притащила ко мне демона? Зачем?
– Не притащила. – Я обошла вокруг елки. – Он сам притащился. Он живет у меня. Я же не могла бросить домашнего питомца одного!
– Где ты его вообще взяла?
– Вызвала, когда твой носок воровала. Ты что, не помнишь?
– Это все тот же? – удивился Нокс.
– Да, – отрешенно отозвалась я, думая, как добывать Халяву с макушки ели, если он наотрез откажется оттуда слезать.
– Его срочно нужно отправить в нижний мир!
– Нет! – Я упрямо топнула ногой. – Халява хороший! В нижний мир не желает и живет у меня. Хочешь, мы уедем с ним вместе? – обратилась я к Ноксу.
– Не хочу тебя расстраивать, дорогая, – осторожно начала Кнора, – но демоны нижнего мира не умеют привязываться к людям. Он только будет больше требовать твоей крови и пакостить.
– Он не пьет кровь. И вообще! Он искупался в зелье Нокса. В том же, которое на себя опрокинула я. Так что… – Я обернулась к своему недовольному жениху. – На тебе лежит ответственность за то, что он теперь жрет сладкое и отказывается уходить.
Нокс не нашел что ответить, только удивленно переводил взгляд с уминающего украшения с елки демона на меня.
– Иди ко мне, мой хороший! – поманила я.
Халява подумал, обнял лапками сожранную наполовину звезду и сиганул вниз. Я, конечно, его поймала, но рухнула сама, припечатавшись задом о пол.
– Кися-а-а-а… – раздалось у меня над ухом.
Халява сжался, но поздно. У меня с рук его уверенно стаскивала Нелли. Девчушка пыхтела, но упорно тянула на себя пушистого демоненка.
Демоненок смотрел затравленно, в глазах застыл ужас, а на мордочке – крошки. Он мог вцепиться в меня, но тогда пришлось бы отпустить огромный пряник, а этого Халява делать не желал, поэтому послушно ехал на пушистом заду следом за Нелли, которая приговаривала:
– Кися-а-а, моя кися-а-а-а!
– Он ее не тронет? – испуганно поинтересовалась ее мама. – Просто я бы с удовольствием отправила демона в нижний мир. Но если его сейчас отобрать у Нелли…
– Его никто не отправит в нижний мир, – упрямо заявила я. – Это моя, – я замялась, – кися.
