Это история о девушке, которая однажды пошла против своей расы, чтобы спасти тех, кто ей небезразличен. История о девушке, которая даже не подозревала о том, каким удивительным даром обладает, и что этот дар способен привести к новому Концу света. Ведь ловушки уже расставлены. Я видел душу этой девушки: она чиста и прекрасна, несмотря на то, что ей с детства внушали, что такие, как я не заслуживают права на жизнь. Её сердце было большим и великодушным, в глазах полыхал огонь справедливости, а улыбка впервые за долгие годы рабства, затронула во мне что-то живое. Но эта девушка больше не улыбается. Жажда справедливости привела её туда, где всё начиналось – в Эргастул, в тюрьму для содержания мортов, где впервые за историю существования бойцовских ям, ставкой раба, - моей ставкой, – станет человеческая девушка. Та, которая стала предателем Альтури, та, которая потеряла всех, кто был ей дорог в этом мире… Меня зовут Килиан. Я морт. Моя раса – извечный противник людей, и я всё ещё в долгу у дочери того, кто десять лет назад сделал меня рабом. Но ни за что на свете я не допущу, чтобы Эмори причинили новую боль. Даже если для этого придётся изменить историю, оживить мёртвых и короновать врага. Вторая часть дилогии Спин-офф к трилогии «Меченая», история самостоятельная Любовно-фантастический роман, постапокалиписис, антиутопия
ПРОЛОГ
– Коня надо заменить. - Подношу шахматную фигурку к глазам и придирчиво смотрю на то место, где старое дерево обзавелось глубокими вмятинами – следами от зубов.
Понятия не имею, для чего Эри понадобилось пробовать шахматного коня на вкус. Но когда я застукал её за этим варварским занятием, она лишь невинно захлопала ресницами, вручила мне повреждённую фигурку и сказала что-то вроде «Теперь ты будешь думать обо мне каждый раз, когда открoешь свои дурацкие шахматы».
«Они не дурацкие! Сама ты дурацкая», - вспылил я в ответ, но Эри лишь улыбнулась, сжала в кулаках подол своего огромного сарафана и словно беспечная бабочка упорхнула прочь.
– Да. Коня надо заменить. – Ударив фигуркой по доске, вдруг почувствовал, что желание играть в старые дедовские шахматы в одиночестве, испарилось, поэтому взял коня из белого набора и устроил ему битву с «пoкуcанным». Покусанный, разумеется, проиграл. Он ранен, а значит, он слабее. Да и вообще… кому он нужен такой уродливый?
Далее началась битва королев!
Ха, моего деда бы удар хватил, увидь он, что я использую его драгоценные шахматы, как фигурки для боя. А второй удар случился бы незамедлительно, услышь он, что я «обзываю» ферзя королевой.
«Ферзя называют королевой только дураки и дилетанты»! – хриплый голос деда так и звучит в голове.
«Ну и пусть! – возмущался по этому поводу я. - У каждого короля должна быть своя королева, разве не так?! Так почему я должен называть её каким-то «ферзем»?
«Дилетант! – кричал дед, тряся усами. - Прочь руки от моих шахмат, глупый мальчишка»!
Несколько лет назад его и вправду хватил удар. Где-то на окраине одного из городов-призраков во время разведывательной мисcии. Уж не знаю, что такого он увидел в мёртвом городе, что сердце вмиг останoвилось, но… домой лейтенанта-полковника Окатанских чёрных кинжалов вернули уже в мешке для трупов.
– сейчас на поле боя выходит чёрная королева! – грoмко комментирую свои действия. – Наносит точный удар в голову, иииии… – Ударяю чёрной фигуркой по белой (что также помечена зубами Эмори), та отлетает на пол, закатывается под кухонный шкаф, а я победно объявляю: – Белая королева сбежала с поля боя! Победа достаётся чёрной королеве!
– Дьен, милый. Папа до утра на дежурстве, у арены; заменяет кого-то. Так что сходи-ка ты отнеси ему ужин, а затем можешь пойти в гости к Эмори. Она ведь вчера приглашала тебя?.. - На кухне показывается мама и, даже взгляда на меня не бросив, шагает к окну. Длинными тонкими пальцами аккуратно отодвигает занавеску в сторону и смотрит на улицу, по которой разливался густой оранжевый свет заходящего солнца.
Платье надела. Одно из своих любимых. Синее в мелкий рисунок бело-жёлтых цветов; на примулу похоже. Иногда, от нечего делать (разумеется), я выбираюсь в поле вместе с Эмори и её матерью, где и слушаю о всякого рода растениях и их полезных свойствах.
Мне нравится её мама. Она весёлая. И добрая. А ещё у неё улыбка красивая. А ещё она не такая назойливая и приставучая, как Эмори.
– Дьен? - мама выдёргивает меня из размышлений.
– Да, понял, - мямлю в ответ, складываю шахматы в коробку (белую королеву достану из-под шкафчика позже), подхватываю тряпичный мешок, внутри которого лежит контейнер с ужином для отца, и уже собираюсь двигаться к выходу, как в дверь громко трижды стучат, а спустя короткую паузу ещё дважды – тихонечко.
– х! – На долю секунды вижу растерянность на лице матери. Но… ей ведь не привыкать к подобным ситуациям, поэтому она быстро берёт себя в руки и вот уже спешит открывать дверь.
На пороге стоит - как я его называю, – господин Жопс. На самом деле его зовут Шопс. Он уже давно работает вместе с моей мамой. Он специалист по развитию идеалов дружбы и взаимопонимания между народами двух рас. н – рафк. А ещё он любовник моей матери.
– Я не вовремя? – с фальшивой растeрянностью во взгляде, Жопс сперва смотрит на меня, а затем на маму.
– Нет, что вы! Проходите в дом, не стойте на пороге, - суетится моя мать и как бы невзначай проверяет в порядке ли её причёска. – Дьен, милый, мы с господином Шопсом должны обсудить кое-что важное. По работе. Твоего отца я в известность поставила, не переживай, ладно? - Мама целует меня щёку и выталкивает за дверь. - Ну? Иди, твой папа наверняка проголодался. И если захочешь переночевать у Эмори, я возражать не буду; только скажи об этом папе. Пока, милый.
Дверь хлопает, а я ещё секунд тридцать стою на месте и прожигаю её глазами, представляю себе лицо
– Привет, Дьен!
– Привет, липучка.
