— Ааа, да это же, как в том фильме, — я запрыгала на месте, — с Джимом Керри*, ну как он там. Забыла!
— Шоу Трумана*, — подсказала Анна.
Фрэнки продолжал:
— И эти коробки плотно прилегают друг к другу. Между ними нет никакого пространства, именно поэтому здесь обширная система труб. До изобретения зеркальных ходов, через подобные трубы отправляли документы, посылки. А сотрудники тратили уйму времени, переходя из одного отдела в другой.
— И долго нам еще идти по этим коробкам? — спросила я.
— Еще три Управления, но мы полностью пройдем его по трубам. А дальше нас ждет старый Отдел управления погодой. Он больше не используется — их перевели сюда и помещение пустует. И именно оттуда — прямой выход на Землю.
Я изобразила, как стреляю себе в голову из вымышленного пистолета: мне уже не терпелось оказаться поскорее на Земле.
Город М.
— Фрэнки в розыске? Да что он, черт возьми, такое натворил? — Алексу уже казалось, что все вокруг идет вверх ногами.
— О, поверь…, у него длинный список…, — сказала Энти, рассматривая потолок, — мне самой одно время хотелось его убить…
Алекс сразу вспомнил ту их первую встречу с Анной и Фрэнки в столовой бизнес-центра.
— Я и забыл, вы же были вместе…
— Да, — нехотя сказала Энти, отвернув взгляд, — мы тогда оба работали в Управлении численности населения. И он, воспользовавшись моими чувствами к нему, влез в мой рабочий компьютер и, нарушив все предписания, отправил себя на Землю в качестве человеческой эмоции…, — сказала она, обнимая себя руками. Ей явно тяжело давались эти воспоминания, — чтобы как-то замять дело перед своим начальством мне тоже пришлось отправиться на Землю и стать твоей эмоцией…
— Что? — Алекс не верил своим ушам, — прости, я не знал! — он встал с кресла и подойдя к Энти, приобнял ее.
Ему стало стыдно, что в тот день, он приструнил Энти, издевавшуюся над Фрэнки.
— Надо было его на куски разорвать…Так подставить тебя! — сказал он, выпуская ее из объятий.
— Да, тогда я действительно была расстроена. Но вскоре, я поняла, что мне очень повезло! Мы стали с тобой одной командой и время, проведенное с тобой потрясающе! Учиться, проводить расследования, смотреть фильмы, читать книги… Жизнь с тобой, это как один большой отпуск, правда, — рассказывала она с присущим ей энтузиазмом. — А представь, как мы теперь заживем! Работая в Отделе, мы сможем, не скрываясь, общаться между собой, и никто не будет показывать на тебя пальцем! — говорила она, взяв Алекса за руки.
Речь Энти так воодушевила Алекса, что он был готов подписать любые бумаги.
— Но для начала наведу здесь порядок! — сказал он и подошел к стенду, стоявшему на полу. — Нехорошо важному начальству пылится в углу, — сказал он, приподнимая его, — а это что?
Оказалось, за стендом стояла фанера с портретом. Алекс отложил его и поднял портрет. На нем была изображена женщина — длинные черные волосы, развеваемые по ветру, белоснежное платье до пят, с замысловатыми этническими узорами. В одной руке женщина держала не то копье, не то серп, а другой призывала стаю воронов.
Алекс не смог сдержать смех: это была Мара.
Да уж, веселый у них коллектив. В том, что это была шутка-подарок от коллектива, он не сомневался. Видимо злюка — Мара шутку не оценила. А может, наоборот, это сюрприз, который еще не подарили? Он поспешил вернуть его обратно и вдруг вспомнил:
— А ведь я уже видел подобный портрет, — сказал он Энти.
И сразу открыв телефон, стал рыться в телефонной галерее.
— Да, вот, смотри, опись кабинета Лонг Лонга!
Портрет был точной копией увиденного.
«А может, это он и есть?», — промелькнуло в его голове. Единственное отличие было в надписи, сделанной внизу полотна в кабинете покойного психотерапевта и стертой на полотне перед ним.
Пальцами Алекс приблизил маленький уголок внизу портрета.
«Морана, богиня смерти», 1520 г.
Где-то в Управлении по контролю Земли Верхнего уровня.
— И какова длина этого коридора? — спросила я, когда мы в очередной раз нырнули в пыльный коридор, давно ставший обиталищем пауков и крыс.
— О, это мой любимый, самый длинный из всех, сюда бы наушники с хорошей музыкой, и вперед, эй… ты что…, — фонарик в руках Фрэнки начал судорожно мигать и погас. Он еще пару раз хорошо встряхнул его, но фонарь не реагировал: к сожаленью, они не предназначены работать вечно.
— Нуу, — протяжно сказал он, — дверь находится в конце коридора, а значит, нам надо просто идти вперед. Не заблудимся! — наверно он даже улыбнулся. Но мы этого не увидели.
Пока мы шли, я напомнила ему об упомянутых им категорий душ.
— Зачем душам категории? — спросила я.
Увы, но о строении зданий ему нравилось говорить гораздо больше, чем о строении душ. Последнее приходилось вытаскивать из него силком.
«За сегодняшний день он уже сказал больше слов, чем за всю жизнь», — шепнула мне Анна и я уже не ожидала от Фрэнки длинных рассказов.
— Категории нужны для удобного разделения душ по особенностям, — все-таки ответил он, — например, способность душевидения…
— Энтрилы, — сказала Анна, — так их называл Лонг Лонг.
