Они рассказали мне о центрилах, что видят эмоции, о энтрилах, что видят души и других вариантах этого дара под иными, весьма странными названиями.
— То есть, если я увижу призрак, значит я тоже частично душевидец?
— Ну или тебе попалась очень сильная душа, — сказал Фрэнки. — Человеческие души обладают уникальным навыком — воля. Ее количество делает вас сильнее и мощнее. У нас, эмоций, воли нет. Зато есть энергия. Мы как в игре «Камень, ножницы, бумага»: энергию бьет воля, а волю бьет разум…
— Но у нас тоже есть разум…, — обиженно прозвучала я.
Вместо ответа Фрэнки лишь похлопал меня по плечу, приговаривая: «конечно, конечно, есть».
И после этого мы еще успели обсудить новые фильмы, старые фильмы, любимые фильмы, отвратительные фильмы, индийские фильмы, наши местные фильмы, мультфильмы, а коридор все не кончался. Я уже начала беспокоиться, что мы перейдем к книгам, которые я совсем не читаю, но внезапно Анна задала вопрос, видимо мучивший ее всю дорогу:
— Значит, ты сам спустился на Землю и стал моей эмоцией?
— Не бери в голову. Мне нужен был человек-носитель. Это просто случайный выбор, — отмахнулся Фрэнки, — знал бы, что ты центрил, держался бы подальше.
Шутил он или говорил серьезно, я не поняла.
— Как я уже говорил, отдел, связанный с погодой, упразднили и он сейчас пустует. Там мы спокойно обдумаем наши действия и отправимся на Землю, — перевел тему Фрэнки.
Я думаю, его слова задели Анну и остаток времени она молчала. К счастью, и о книгах никто больше не вспоминал.
Сложившаяся тишина дала Фрэнки время на раздумья:
— Важные персоны, — сказал он, как будто, самому себе, — не так ли назывался отдел твоего отца?
Я пожала плечами.
— Прости, я не помню, — сказала я. Вот же сдался ему мой отец.
— А в той статье, что ты читала про поезд… еще что-либо упоминалось? — это он обращался к Анне.
Она не спешила отвечать, припоминая ту новость.
— Нет. Я запомнила этот случай только потому, что мы обсуждали эту историю с Алексом по телефону, и он сказал: «надеюсь, это не означает череду таинственных смертей от взбесившихся поездов».
— А только меня смутило полное сопровождение из телохранителя и медсестры, следовавших за тобой? — напомнил Фрэнки о погибшем спасителе и медсестре.
— Но в этом не было ничего особенного, в это месте часто много людей, приезжающих домой после работы, — сказала Анна
Я, если честно, тоже не нашла в этом ничего подозрительного. Только чувство сильного стыда за случайную смерть разъедала меня.
Фрэнки не стал отвечать.
— Мы пришли, — сказал он, и шаркнув ногой, приподнял люк. Самый простой люк на нашем пути. Мы посмотрели вниз — оказалось, что люк торчал из потолка, а до пола было метров тридцать.
— Мы же души, — сказал Фрэнки и прыгнул вниз. Обменявшись взглядами с Анной, мы последовали за ним.
Приземлившись, я еще не успела толком осмотреть просторное помещение, воняющее болотом, как увидела обеспокоенное лицо Фрэнки.
— Чувствуете? — спросил он, глядя на нас.
— Как будто мясо протухло? — согласилась я.
— Я не об этом, — серьезно сказал он, оглядываясь по сторонам.
Я почувствовала легкий холодок, чему очень удивилась.
— Мне это не нравится, — вдруг сказала Анна, — ощущение, как тогда… когда…
— Да…, — Фрэнки кивнул.
— О чем это вы? — мне захотелось прижаться к Анне поближе — так было холодно. Я уже и забыла эти ощущения, ведь в Отделе Отделов всегда была идеальная погода.
— Надо поднять вас наверх, — сказал Фрэнки, — потом все проверю, и если все хорошо…
Я хотела спросить, как он намерен это сделать — лестниц здесь не было, а летать мы не умеем, как мой взгляд зацепился за единственную тусклую лампочку, беспорядочно мигающую. Фрэнки с Анной тоже посмотрели на нее и в следующее мгновение дверь в противоположной от нас стене, с силой вылетела из петель и кувыркнувшись, упала недалеко от нас. От неожиданности мы с Анной закричали и уставились в пустой проем в стене.
Лучше бы мы этого не делали.
Сначала, в проеме показались длинные черно-фиолетовые щупальца. Словно сама Урсула, главная злодейка из мультика «Русалочка*, решила навестить нас. И лучше бы так оно и было. То, что я увидела — напугало меня до кончиков пальцев. Вслед за щупальцами появились длинные костлявые руки. Своими острыми когтями они ухватились за стены и втащили внутрь тело — такое же длинное, изогнутое и худое. Что бы это ни было — оно явно страдало анорексией*.
Подобно телу — голова этого существа была очень вытянутой, изогнутой назад, с большими наростами, напоминающими рога. Глаза были раскосые, без зрачков, а рот у этого существа был еще шире, чем у той девахи из Управления численности, весь усеянный острыми зубами.
— Кккоролева Депрессия, — прошептала Анна.
Значит, эта тварь все-таки существует.
Город М.
— Так что нам делать с этой активностью? — по ступенькам на сцену поднимался Димитрий.
— У меня уже голова пухнет от этого всего! Мне срочно нужно еще кофе! — раздался голос рядом идущей Мары.
Они остановились, увидев застывшего перед ними Алекса.
