— Моя Печаль и есть та самая полудохлая эмоция, которая пришла вместе с Мелией и Филином… человеческая жизнь слишком коротка и эмоции часто шли по рукам. После ухода Филина из сражателей, он отдал свою обученную эмоцию Мелии, а после ее смерти, я забрал ее себе… Подозреваю, что и другие эмоции в сговоре. Это бы объяснило, откуда Филин постоянно был в курсе всех наших дел и находил нужных ему сражателей по щелчку пальца…
Лонг Лонг отвел взгляд, отрешенно глядя в окно. Он не хотел убивать Печаль, но ложь, исходившая от нее, выбила его из колеи.
«Меланхолию прислал не Отдел. Ты знал об этом?», — спросил он ее, после того, как отыскал Печаль по следу ее оргона.
«Кто же еще на такое способен?»
«Что за душу ищет Филин?»
«…Что? О чем вы?»
Но секундное замешательство в глазах Печали подтвердило его подозрения. Вновь и вновь он пронзал ее волевым мечом, пока Печаль не сдалась.
«Привратник! Это душа Привратника!».
Увы, это были ее последние слова.
Вскоре он нашел Гнев и Эйфорию. Но они все отрицали, клялись ему в верности. Он пытался убить их, но смог только ранить — они сбежали в тень.
— Тогда я, вспомнив нашу битву с первой Меланхолией, отправился на поиски тебя в Верхний уровень, — закончил свою историю Лонг Лонг.
— Вы хотели сказать, мою битву? Или вы забыли, как благополучно бросили меня в темнице титанов? — напомнил ему Фрэнки, — но, если ваши эмоции были в сговоре с Филином, почему просто не забрали у вас душу и не отнесли ему.
— Откуда же им было знать, что душа у меня! Я не посвящаю эмоции в свои дела. Полагаю, Филин считал, что вы умышленно спрятали ту душу и подсунули ему другую. Он переоценил вас! — это мысль смешила Лонг Лонг.
— Теперь понятно, зачем ему и Анна, и Крис…, — сказал Фрэнки, поднимаясь со стула и подходя к Анне. — Он не знает, какая именно из них двоих, украденная мною душа. Раз я верил, что украл Эви, то логично, что ее я и сопровождал все эти годы… А за Кристиной наблюдал целый Отдел…
Осталась лишь понять, что за свойствами обладает та душа…, — он посмотрел на Лонг Лонга, — я чувствую себя хорошо. Надо отправляться на поиски Анны! И Кристины. И еще было бы неплохо навестить Энти… подозреваю, что и она была не до конца честна с нами…
— Вы правы, — Лонг Лонг тоже пошел к выходу. Но Фрэнки остановил его.
— Вы должны остаться с Анной. Кто-то должен быть рядом, если она вдруг проснется или … Амат придет за ней…
— Да, конечно, — нехотя признал правоту эмоции Лонг Лонг, — я присмотрю за ней.
Фрэнки кивнул ему и со словами: «Я скоро вернусь» канул в тень.
Лонг Лонг подошел к окну, проверил улицу и заглянул за чужую ширму, и убедившись, что все спокойно, сел на стул и включил телевизор.
«В рамках проекта по укрепления международных связей в сфере медицины, уже второй месяц, в нашем городе работает знаменитый нейрохирург международного уровня, доктор Франческо Гомини, со своей прекрасной ассистенткой, врачом анестезиологом- реаниматологом Марией Кетель. Доктор Гомини работает с очень сложными случаями, имеет опыт выведения из комы очень тяжелых состояний. Не врач, а просто волшебник. Скажите, доктор, ваши исследование…, — вещал телевизор».
Но дослушать Лонг Лонг не успел.
За его спиной резко распахнулась ширма и куча самых разных людей одновременно ввалились за ширму и потянулись к нему:
— Вот вы где! Мы чуть с ума не сошли, когда вы исчезли! — воскликнул врач.
— Старый кобель, не успел выйти из комы как сразу побежал молоденьких девочек окучивать…, — закричала женщина и стала бить Лонг Лонга сумкой по голове.
— Папа, папа! — завопило двое детей, обхватив его за ноги.
— Немедленно в коляску, — потребовала медсестра.
— Сынок! — пожилая женщина обхватила его и крепко сжала в своих объятиях, засыпая поцелуями.
Врач, отталкивая их всех, усадив Лонг Лонга в кресло-каталку, а медсестра схватила его за руку, нащупывая пульс. Вся это большая процессия покатила его прочь от палаты Анны, не обращая внимание на его протесты.
— Но я не ваш муж, я не твой отец… отпустите меня… я должен охранять Анну! — пытался он вырваться, но врач, медсестра и две женщины насильно удерживали его.
— Повредился умом, я так и знала, так и знала, что твои опыты до беды доведут! — вздыхала женщина.
Врач вкатил ему дозу успокоительного.
— Плохо, все очень плохо, — причитал Лонг Лонг и в отчаянии стал звать на помощь:
— Эния! Эния!
— Папа! Папа! — в ответ кричали не его дети.
Наши дни, Город М.
Алекс по-прежнему сидел в кафе с Георгием и пытался собраться с мыслями. Он только что узнал, что…
— Фрэнки, являясь агентом Отдела, ворует из хранилища весьма ценную душу и спустя много лет, просто выпускает ее на Землю. При этом он каким-то образом становится эмоцией и долгие годы скрывается на Земле.
— Да, все верно, только не одну, а несколько душ, если быть точнее. Несколько весьма ценных душ. Но особо важная это, безусловно, моя дочь, — поправил его Георгий.
— Но зачем? Он пытался вам насолить? — предположил Алекс.
Георгий отрицательно покачал головой.
