Быстрый осмотр мужчины – и я замечаю пистолет в кобуре, а также дубинку на поясе. Подготовились. Думаю, Кано и Нэо могут легко уложить их, но это лишний шум и головная боль. Если начнётся стрельба, то вызовут полицию, а разбираться с органами правопорядка – значит терять драгоценное время. К тому же эти двое ни в чём не виноваты. Они выполняют свою работу.
- Мне надо встретиться с Константином Дмитриевичем, - сохраняю спокойствие. – Скажите, что пришла его дочь.
Мужчина странно смотрит на меня, видимо, стараясь понять, какая я именно дочь. Если Лея тут вовсю работает, то они знают её, но не меня.
- Мы сообщим его секретарю, - берёт мужчина телефонную трубку в руку. – Подождите, пож…
- Не нужно никому ничего сообщать, - раздаётся голос с боку.
Поворачиваю голову и стараюсь не сплюнуть на пол при виде Эльвиры Михайловны. Цербер отца. Только этого счастья мне не доставало. Оставаться сдержанной становится всё сложнее.
- Эльвира Михайловна, - растягиваются мои губы в неестественной улыбке. – Как поживаете?
Женщина осматривает меня с тем постоянным брезгливым выражением лица, будто унюхала что-то странное. Мне всегда хотелось спросить, что именно она чувствует. Не свой ли собственный запах заставляет её так морщится? Это был бы вполне резонный вопрос, ведь только от себя она не может избавиться.
- Что ты здесь делаешь? – задаёт женщина свой вопрос, посматривая мне за спину на двух мужчин.
- Пришла встретиться с отцом, - не вижу причин расшаркиваться. – Но, как понимаю, вы меня к нему не пропустите.
- Его нет на месте.
- И поэтому его автомобиль стоит на парковке? - я заранее попросила Шина проверить наличие машины отца.
В глазах Эльвиры мелькает удивление, а затем и бессильная злоба. Такая простая отговорка провалилась. А ведь она была близка к тому, чтобы отделаться от меня за одну минуту.
- Не твоё дело, - цедит женщина. – Тебя здесь быть не должно. Константин Дмитриевич позаботился об этом. Ты больше не имеешь никакого отношения к семье Воронцовых.
Воспитание впитывается с молоком матери. Так как меня в детстве грудным молоком не кормили, а матери рядом не было, я впитала воспитание вместе с табачным дымом деда. Дым въелся куда сильнее молока, и его ничем из организма не вытравить. Вот почему моей выдержки обычно хватает надолго. Но когда начинают говорить о моей семье, то всем лучше подбирать выражения. Любое воспитание становится бесполезным, если задевают то, что мне дорого.
- Слушайте сюда, - надвигаюсь на женщину. – Вам лучше закрыть рот и выбирать выражения. Это компания всё ещё принадлежит Воронцовым, также, как и я. Не знаю, что отец сказал вам, но это полная хрень, - не подбираю выражения. – И вам лучше поостеречься говорить со мной в подобном тоне.
Эльвира беспомощно хлопает ресницами, глядя на меня испуганно. Она пятится назад, опасаясь того, что будет, если я приближусь к ней.
- Охрана, - вырывается у неё истеричный вопль.
- Кано, - командую я.
Раздаётся шорох, и глаза Эльвиры становятся огромными. Я не вижу, что происходит за спиной, но наверняка нечто впечатляющее и опасное. Местная охрана и не думает ко мне приблизиться.
- Так это правда, - выдыхает женщина поражённо. – Ты связалась с грязными ублюдками. И это после того, как они чуть не лишили твоего отца компании.
Моя рука вылетает вперед, и Эльвира зажмуривается, ожидая удара. Я же поправляю брошь на её пиджаке.
- Скажи отцу, что мне надо с ним встретиться, - отбрасываю в сторону чинное обращение. – Это в его интересах. Ведь если я вернусь сюда снова, то никакая охрана меня уже не остановит.
Для построения гармоничных отношений с другими людьми человек должен быть готовым к изменениям в себе. Не надо перекраивать себя в угоду другим, ведь тогда вы потеряете свою индивидуальность. Но необходимо учиться думать не только о себе, но и о тех, кто близок. Находить новые способы разрешения проблем и принимать то, что люди не одинаковы.
Когда Воронцова врывается в дом, злая как тысячи чертей, она почти сразу натыкается на Кулагина с Беловым. Эти двое, кажется, и вне работы предпочитают проводить время вместе. Ну, или они идут из столовой, где только что прошёл поздний обед.
- Привет, сладкая, - улыбается Денис. – А мы искали тебя. Где ты была?
Стас в отличие от друга немедленно понимает – у девушки что-то случилось. Не только по её всклокоченному виду и глазам, полным жажды убийства, но и по телодвижениям.
- Что случилось? – перехватывает Кулагин Мию за руку.
- Отпусти меня! – рявкает девушка, стараясь вырвать руку, но мужчина не думает отпускать. – Я говорю, отпусти, - рычит она.
- Что произошло, сладкая? – обеспокоенно интересуется Белов.
- Не твоё дело, - бросает Воронцова зло. – А ну отпусти меня. Сейчас же!
Девушка замахивается второй рукой, но Стас перехватывает и её. Вместо того, чтобы продолжать спрашивать, он дёргает Мию на себя. Разжав пальцы, мужчина опускает ладони на спину Воронцовой и прижимает к себе.
- Пусти, - принимается брыкаться девушка. – Я сказала, пусти, - появляются истеричные нотки в её голосе. – Пусти. ПУСТИ. ПУСТИ!