Белов касается моих волос с той же невесомой осторожностью. Будто, если они надавят чуть сильнее, я могу развалиться на части. Не знаю почему, но мне тоже хочется плакать. И, видимо, я это делаю, но не понимаю.
- Не надо плакать, куколка, - стирает Стас слёзы с моих щёк. – Ты пришла в себя, значит, всё будет хорошо. Больше ничего страшного не случится, - обещает он срывающимся голосом. – Больше никто тебя не тронет. Даём тебе слово. Никто и никогда к тебе не прикоснётся.
- Кроме нас, - добавляет Денис с нервным смешком.
- Пить, - мой голос хрипит, а губы едва двигаются.
- Сейчас, - Белов бросается к тумбочке. – Стас, тебе надо позвать врача, - произносит он с нажимом, когда друг не даёт ему места. – Стас, позови врача, - опускается он руку на плечо Кулагина. – С ней всё хорошо, - подбадривающая улыбка немного помогает. – Сходи за врачом, чтобы он мог осмотреть её.
- Конечно, - Стас встряхивает головой, а затем быстро чмокает меня в губы. – Я скоро вернусь.
За Кулагиным закрывается дверь, и Денис помогает мне напиться, поднося трубочку к моим губам.
- Прости его, - улыбается Белов. – Он бывает немного прилипчивым в стрессовые моменты. Будь его воля – он бы держал тебя на руках во время операции. А затем и все дни, что ты приходила бы в себя.
Несколько глотков прохладной воды приносят успокоение моему саднящему и сухому горлу.
- Сколько? – говорить много я ещё не рискую.
- Сколько ты провела здесь времени? – Денис дожидается моего кивка. – Пять дней. Операция прошла успешно, но ты долго отходила от наркоза. Просыпалась пару раз, но вряд ли была в сознании, - он улыбается. – В последний раз ты попыталась сжать ладонь врача с таким злобным лицом, будто хотела сломать ему пальцы. Он оценил твою силу и целеустремлённость. Ведь в первый раз у тебя ничего не получилось, но ты не сдалась.
Я почти улыбаюсь на рассказ Белова, но затем вижу у него то же самое выражение лица, что и у Кулагина. Да, он, конечно, оставался голосом разума рядом с другом, но ему тоже было плохо.
- Мы так испугались, - наклоняется он вперёд и прижимается к моему лбу своим. – Так сильно, - жмурится Денис. – Пожалуйста, никогда не оставляй нас, - в его голосе столько мольбы и надежды. – Я не представляю, что мы стали бы делать без тебя, - закусывает он губу, подавляя первые всхлипы. – Прошу, никогда не оставляй нас.
Моё тело слабо, но я все же поднимаю руку и опускаю ладонь на спину мужчины, вызывая у него хныканье. Он жмётся ко мне как потерявшийся щенок, и моё сердце разрывается от боли. Последнее, чего я хочу сейчас, это чтобы они страдали. Меня давно не прельщает мысль причинить мужчинам боль. Особенно после того, сколько обожания и ласки они излили на меня.
- Я л…
Денис не успевает договорить. Он отдаляется от меня, когда дверь отодвигается в сторону, пропуская в палату Стаса и ещё одного мужчину. Видимо, это и есть мой врач. Невысказанное признание повисает в воздухе между мной и Беловым. Но мы прерываем зрительный контакт и обращаем внимание на вошедших.
- Рад видеть вас в сознании, Мия Константиновна, - врач улыбается мне с теплым дружелюбием. – Меня зовут Вячеслав Артёмович, но вы можете звать меня просто Слава. После всего, что между нами было, это будет правильно, - он берёт мою ладонь в свою. – Надеюсь, в этот раз вы не захотите сломать мне пальцы? Просто сожмите, чтобы я мог…
Врач меняется в лице, а затем новая улыбка кривит его губы. Я выпускаю его ладонь из своей хватки.
- Вы, определённо, набрались сил, - заключает он.
Кулагин с Беловым гордо улыбаются довольные моей выходкой. Видимо я и правда натворила дел пока приходила в себя.
Затем следуют стандартные процедуры и опросы. Вячеслав рассказывает о ране и о том, как прошла операция. О том, как я заполучила ножевое ранение, он не интересуется. Либо уже знает, либо просто привык не совать свой нос в чужие дела. Что ж, эта политика спасла множество жизней.
В момент проверки швов я смотрю на своих мужчин, и их лица совершенно пусты, а глаза полны огня. Я мысленно подгоняю в этот момент врача. Им не нужно лишнее напоминание о произошедшем. Они и так достаточно себя ненавидят за то, что допустили данное происшествие.
- Что ж, всё идёт хорошо, - заключает врач в конце. – Вам ещё придётся дня три побыть под наблюдением, чтобы мы убедились в отсутствии заражения и нагноения в ране. Конечно, мы были очень аккуратны, но проверить всё равно не повредит. А потом вы поедете домой и будете приезжать к нам на перевязки. Недельки через три вы будете как новенькая.
- Ага, только с заплаткой, - мой голос звучит куда крепче, чем в начале.
- Шрам лишь напоминание о том, что вы справились с чем-то сложным, - успокаивает Вячеслав. – Вы сильная девушка, Мия. Вы должны собой гордиться.
После ухода врача Денис и Стас становятся птицами, которые парят над своим птенцом. В первый час это довольно приятно – чувствовать себя хрупкой и нуждающейся. Затем становится сложно удерживать всю эту нежность на своих плечах.
- Что случилось? – мой вопрос заставляет мужчин упасть на стулья. – Что случилось позже?