- Нет! – выкрикивает Мия. – Я не твоя жена! Ты насильник! – не собирается она умолкать. – Чудовище! Ты…
Стас реагирует немедленно, увидев, как начинает заваливаться девушка. Оттолкнув от себя притихшего мужчину, Кулагин подхватывает Воронцову. Но уйти Сергею не удаётся. Двое охранников уже там.
- Где вас черти носили!? – набрасывается Стас на охрану. – Почему не смотрели за ней?
- Вы сами сказали, чтобы мы дали ей пространство и не мозолили глаза, - без запинки отвечает один из мужчин, крепко удерживая не сопротивляющегося Сергея.
- Идиот, - выплёвывает Кулагин.
Перехватив Воронцову, Стас приподнимает веко девушки, чтобы увидеть то, чего совершенно не хочет. Несколько мелких капилляров уже успели окраситься в голубой цвет. Временный побочный эффект. Но этого недостаточно. Сжав челюсть Мии, Кулагин приоткрывает её рот и вдыхает его запах. Смесь фруктов и ягод почти заглушает неприятный аромат. Кто-то другой мог и не заметить этот специфический запах, но Стас знает, на что обращать внимание.
- Что случилось, босс? - интересуется охранник, сильнее сдавливая руку Сергея, что уже принял свою участь.
- Этого уёбка увести, - приказывает Кулагин. – После проверить здесь всех на наличие Ридина. Кто не захочет пройти проверку, заставьте. Я хочу знать, кто ещё применяет это дерьмо.
- Сделаем, босс, - произносят одновременно охранники. – А что вы будете делать?
Стас поднимает затихшую Мию на руки.
- Присмотрю за своей женой.
Частичная амнезия после обильного возлияния алкоголя – дело не редкое. Кто-то навсегда забывает некоторые моменты прошедшего вечера веселья, а кто-то помнит обо всём частями. И каждый раз становится неловко. Но ещё больший стыд испытываешь, если помнишь абсолютно всё.
Мне не хочется открывать глаза и просыпаться. Я бы с большим удовольствием осталась в постели и никогда больше не видела внешний мир. Господи, почему я не могла обо всём забыть, как остальные? И почему у меня так сильно болит голова? Я ведь выпила совсем немного.
События вчерашнего вечера накатывают волной. Я вспоминаю о том, как сидела в баре с приятным мужчиной. Я даже имя его помню. Сергей. А потом мне резко стало плохо. Сначала я не чувствовала ничего, но затем появился Кулагин, и резко проснувшаяся злость на его действия заставила меня поступать необдуманно. Зачем я только рот открывала?
Я не говорю, что считаю Стаса хорошим человеком, но называть его чудовищем не стоило. Да и насильником тоже. Пусть они добились моего согласия с помощью манипуляции, в конечно итоге я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что делаю. И после того, как я решила воспользоваться их возможностями и ресурсами, глупо теперь разделять нас. Я тоже не ангел. Они, в отличие от меня, хотя бы откровенны в своих желаниях.
- Госпожа? – звучит тихий голосок из темноты комнаты.
- Я же просила, - хрипит мой голос. – Раздвинь шторы, ничего не видно, - прошу горничную.
- Господин Кулагин сказал, что яркий свет может усугубить головную боль, - не двигается Ева с места. – Но я могу зажечь настольную лампу. В патроннике поменяли лампочку на более тусклую.
Лишнее напоминание о моей глупости. Он мог не заботиться о моем самочувствии после случившегося, но всё равно сделал это. Будто мне и без того не достаточно хреново. Хочется разозлиться, что Кулагин заставляет меня ненавидеть себя, но я злюсь лишь на себя. И с этим что-то надо сделать. Я не могу грызть себя изнутри, переваривая произошедшее.
Лампа вспыхивает мягким светом, который почти не режет глаза и не вызывает желания забраться обратно под одеяло.
- В ванной лампочки тоже поменяли, - докладывает прыткая Ева, помогая мне выбраться из постели. – Я могу приготовить вам ванну, если хотите?
- Нет, - продолжаю хрипеть. – Приму душ, - следую в сторону ванной комнаты. – Где Стас сейчас?
- Господин Кулагин в своём кабинете. Сказать, что вы спрашивали про него?
- Не надо. Я сама.
Ноги мои ещё слабы, но я всё равно умудряюсь помыться без помощи Евы, которая так и норовила пролезть за мной в комнату. Она и до этого была очень услужлива, но сегодня попытки помочь просто выходят за всякие рамки. Раньше она бы не стала со мной спорить, приняв указ с первого раза.
- Что с тобой? – не сдерживаю вопрос после того, как оказываюсь снова в спальне и принимаю из рук горничной мягкую пижаму из прохладного щёлка. – Ты ведёшь себя странно.
Ева поднимает голову и я, наконец, замечаю, как блестят её глаза от невыплаканных слёз. Первая мысль о том, что её кто-то обидел. Но она не даёт мне придумать какие-то глупости.
- Вы вчера выглядели очень плохо, - всхлипывает она. – Мне казалось, что вы можете умереть – настолько бледной вы были. Я думала, - мотает она головой. – Думала, что…
Очередной всхлип, и слёзы проливаются из прекрасных янтарных глаз девушки, которая так близко приняла случившееся со мной. Мне не остаётся ничего другого, как податься вперёд и обнять Еву, проводя ладонью по её вздрагивающей от рыданий спине. Нужно быть внимательнее к ней.
