- Всё хорошо, - проговариваю скорее для себя, чем для неё. – Ничего ужасного не случилось. Всё будет хорошо.
Успокоив горничную и придав себе немного уверенности, я следую в кабинет Кулагина. За неполный вчерашний день успела запомнить, где и что находится в этом особняке. Несомненно, мне это лишь на руку. Не хочу лишний раз просить помощи Рэма.
- Можно?
- Войдите, - раздаётся властный, не терпящий возражений голос.
Стас оказывается за своим столом, таким же массивным и крепким, как и сам мужчина. Как я успеваю заметить, пока приближаюсь к столу, кабинет полностью соответствует собранному и сдержанному Кулагину. Ничего лишнего в интерьере, и каждая вещь на своём месте.
- Как ты себя чувствуешь? – опережает мужчина мой вопрос.
- Я… - опускаю голову. – Я хорошо. Спасибо, - тереблю подол пижамной кофты. – Я хотела извиниться, - едва слышу сама себя. – То, что я сказала вчера… Я не думаю о тебе так. Я не…
Меня начинает медленно потряхивать, и, кажется, Стас это замечает.
- Подойди, - всё так же спокойно просит он, но что-то подсказывает – отказа мужчина не приемлет.
Не ожидая повтора, я двигаюсь к мужчине, обойдя стол стороной. Моя голова всё ещё склонена вниз, поэтому я вижу ноги Кулагина, а не его лицо. Затем в поле зрения появляется широкая ладонь, которая легко обхватывает моё запястье. Я не сопротивляюсь и подаюсь вперёд.
- Ты ни в чём не виновата, - произносит Стас проникновенно, после того, как устраивает меня на своих коленях.
Удивительно, что со своими габаритами я всё равно ощущаю себя маленькой и беззащитной рядом с Кулагиным. Его руки обхватывают меня, и я словно оказываюсь в коконе. От мужчины пахнет чем-то приятным, но не различимым, а также веет теплом, в которое я окунаюсь, прикрывая глаза. Если Стас не злится, то и я не стану себя обвинять.
- Наркотик, который тебе подсыпал в коктейль тот незнакомец, называется Ридин, - нарушает Кулагин очарование момента.
- Наркотик? – я резко поднимаю голову от груди мужчины.
- Ты ничего не почувствовала?
- Я не… - пытаюсь вспомнить свои ощущения. – После двух выпитых коктейлей я почувствовала, как голова плывёт. Тело стало ватным. Но я подумала, что это типичные симптомы алкогольного опьянения. Разве нет?
Стас мягко улыбается, касаясь моего лица и убирая пряди волос за уши. По-видимому, ему доставило удовольствие услышанное.
- Это, и правда, типично для некоторых людей, особенно для тех, кто плохо переносит алкоголь. Но бармен сказал, что ты стала вести себя странно, сделав несколько глотков из нового бокала. Там-то и находился Ридин. Обычно этот наркотик вырубает человека, но так как ты удивительная, всё пошло не по плану.
- Он хотел…
- Скорее всего, - не даёт Стас договорить. – Но не беспокойся, больше он никого не тронет. Также в баре проведены изменения. Теперь, чтобы снизить нагрузку на барменов и сделать их внимательными к посетителям, штат их увеличится. Это позволит им если не следить, то хотя бы присматривать за людьми. К тому же охранники получили новые инструкции. Вряд ли какой-то ублюдок после сможет вынести девушку без сознания. За этим станут следить. И, да, так впредь будет во всех наших заведениях. Мы заботимся о своих посетителях.
Я не отвожу взгляд от лица Кулагина, пока он говорит. И последние слова о заботе делают его голубые глаза ещё ярче. Для него это точно не пустые заверения. Он близко к сердцу воспринял случившееся. Есть ли женщины, переживания за которых раньше так же заставляли его принимать радикальные меры?
- Что теперь делать мне?
Стас улыбается.
- Хочешь увидеть этого ублюдка перед тем, как ему настанет конец?
Хорошие девочки и мальчики никогда не увидят ничего плохого, если станут вести себя как подобает воспитанным детям. Следуйте указаниям тех, кто старше и обладает большей властью, тогда проживёте спокойную жизнь. Молитесь о том, чтобы судьба отвела от вас всякое зло, и не познаете вы страха.
Воронцова никогда не сталкивалась с откровенной жестокостью. Кровь она видела лишь по телевизору, да у себя после того, как падала и разбивала коленки или нос. Иногда на других, например, на сестре, если та была неаккуратна. Но никогда в таком количестве и на незнакомце.
- Всё хорошо, куколка, - поглаживает Стас руки девушки, стоя за её спиной в подвале особняка. – Теперь его можно не опасаться. Больше он никому не причинит вреда.
Мия прикрывает рот ладонью, видя, как ниточка слюны вперемешку с кровью сочится изо рта того, кто представился ей Сергеем вчера. Она едва узнала его с разбитым лицом. То, что вчера было симпатичным мужчиной, сейчас кажется кровавым месивом. Куском мяса. Едва ли он сможет открыть глаза с такими синяками и опухолями. А есть ли у него на это время?
- Зачем? – шепчет Воронцова.
