Российский нефтяной магнат неожиданно становится владельцем парижского кабаре, выиграв его в карты. Он уже решил для себя, что продаст это заведение, вызвав тем самым бурный протест коренных жителей. Однако рыжеволосая танцовщица Джиджи спутала ему все карты, и теперь им приходится скрываться от репортеров в Москве…
Lucy Ellis
Caught in His Gilded World
© 2015 by Lucy Ellis
© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016
© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016
– Джиджи, немедленно слезай оттуда! Ты себе шею свернешь!
Крепко обхватив стройными ногами бархатный занавес, она повисла на двухметровой высоте и подтянулась на руках. Джиджи проигнорировала комментарий и, ослабив хватку, стремительно спустилась по толстому канату вдоль четырехметрового аквариума. Именно в этом аквариуме она сегодня будет плавать с двумя полусонными питонами, Джеком и Эдной. Если только ее до этого не уволят…
Лестница, которая облегчила бы ей спуск, была отставлена, но она привыкла скользить по канату. Она проделывала этот трюк с девятилетнего возраста в цирке отца. А теперь – самое трудное. Она крепко вцепилась в занавес и ступила на край аквариума. Снизу послышался вздох.
– Китаев пришел! – крикнула Сюзи, и началось настоящее столпотворение.
Пока другие девушки подкрашивали губы и поправляли бюстгальтеры, Джиджи спряталась за кулисами и осторожно выглянула. Внизу, среди пустых столов и стульев стоял человек, который держал их будущее в своих руках. Его окружали охранники, больше похожие на головорезов. Джиджи прищурилась: если ты самый ненавистный человек в Париже, неглупо иметь рядом таких отморозков.
Мужчина стоял спиной к сцене, но Джиджи могла с полной уверенностью сказать, что он скрестил руки на груди, потому что темно-синяя рубашка натянулась на мощных плечах и мускулистом торсе. Он выглядел так, будто зарабатывает на жизнь, разбивая кирпичи об головы.
– Джиджи, что ты видишь? Какой он?
Высокий. Худощавый, но мощный. И вдруг он обернулся.
Джиджи застыла. Она видела его фотографии в Интернете, но они совершенно не передавали истинного впечатления. Он выглядел так, словно сошел с корабля девятнадцатого века, только что вернувшегося из полярной экспедиции. Создавалось впечатление, что он буксировал корабль и ломал льдины собственными руками.
Борода и темные волосы закрывали большую часть его лица, но даже с такого расстояния она хорошо видела его высокие скулы и прямой нос. Глубоко посаженные карие глаза делали его похожим на кинозвезду. Джиджи покачнулась и вцепилась в борт аквариума.
Она обязана поговорить с ним и заставить его выслушать себя. Но он вряд ли станет ее слушать. Он выглядел так, словно собирался проглотить ее целиком. Инстинкт самосохранения подсказывал Джиджи, что умная девочка на ее месте скользнула бы обратно за кулисы и занялась своими делами.
– Что там происходит? – спрашивала Лулу, усевшись на перевернутый динамик и дергая Джиджи за лодыжку.
– Не знаю, – ответила Джиджи, – дай мне минуту. И хватит меня тянуть за ногу, Лулу Ляшалль, или я действительно упаду!
Лулу отпустила ее ногу, но гомон внизу не стихал.
– Ты же не обезьяна, Джи! Спускайся!
– Джиджи, что ты видишь? Это действительно он?
– Он такой же красивый, как на фотографиях?
Джиджи закатила глаза. По крайней мере, хотя бы Лулу, в отличие от остальных девчонок, понимала, что не стоит всерьез рассчитывать на этого мужчину. Они искренне верили, что богатый парень может осчастливить одну из танцовщиц и взять ее в мир роскоши и неограниченного шопинга.
Он настолько быстро повернулся в сторону аквариума, что ей даже не хватило времени подумать. Разумеется, было уже слишком поздно прятаться обратно за занавес. Он пристально смотрел на нее.
Джиджи показалось, что она с силой врезалась в стену. Внезапно в ушах у нее зазвенело, и она поняла, что балансирует на краю аквариума вовсе не так надежно, как ей казалось. Она испуганно ахнула, почувствовав, что соскользнула на несколько сантиметров. Мужчина продолжал смотреть на нее, словно пришел сюда именно за этим.
Джиджи соскользнула еще на сантиметр. Он нахмурился, когда она попыталась переступить поудобнее. В тот же момент она поняла, что окончательно потеряла равновесие и все, что она может сделать, – сгруппироваться перед падением.
Возможно, Халед так бы никогда и не узнал, что владеет этим небольшим зданием на Монмартре, если бы кто-то не достал список владений, принадлежащих русским, и не опубликовал их. Это прекрасно – скупать недвижимость в квартале Маре и на юге Ривьеры, но попробуй тронуть одно из парижских кабаре – и тебя возненавидит весь город.
Не то чтобы Халед обращал внимание на то, что думают о нем окружающие. Он, сын русского солдата и чеченки, рос среди людей, старательно избегавших его, и этот опыт закалил его и научил пользоваться кулаками, хотя теперь он использовал свою силу, научившись не принимать ничего на свой личный счет. Женщина, с которой он некоторое время встречался, называла это эмоциональной отстраненностью.
