— Если капитан не ошибся с подсчетами, мы должны быть в пятидесяти милях к югу от Новой Кетии, — рассматривая карту, сообщил Тридцать Четвертый.
— По мне, чуть ли не единственное стоящее доверия в мельденейцах — их способности к навигации, — глядя на ближайшую виллу, заметил Френтис.
Здание стояло в четверти мили от строения, похожего на конюшню.
— Дом носящих черное, — сказал Тридцать Четвертый, проследивший за взглядом Френтиса. — Слишком уж он большой. Значит, будет и охрана из домашних варитаев. В усадьбе такой величины их с дюжину.
— Оно и к лучшему. Надо же с чего-то начинать, — заключил Френтис и приказал отряду рассыпаться, как делали в Урлише.
Одного варитая смогли взять живым — стражника с западной стороны виллы. Дергач заарканил его и связал с помощью Тридцать Четвертого. Коллегам варитая повезло меньше. Перепуганная рабыня пронзительно заверещала о бандитах, удрала в дом, и варитаи кинулись на врага. Френтис приказал не рисковать. Половину варитаев скосили стрелы и арбалет Иллиан, остальных прикончили в рукопашной.
«Они многому научились», — с мрачным удовлетворением подумал Френтис, глядя, как его люди расправляются с варитаями.
Долговязый Даллин нырнул под удар меча, пырнул в ответ прямо в глаза, подскочил сзади и прикончил противника клинком по горлу, в точности как учил Дергач. За ним Иллиан отбила удар сверху и контратаковала. Ее меч точно отыскал уязвимое место в доспехах — прямо над грудиной, — и варитай свалился замертво. Все кончилось в несколько мгновений. Затем компаньоны принялись собирать оружие и ценные мелочи. Этот обычай завелся у людей Френтиса еще в лесу.
— Отставить! — гаркнул Френтис. — Обыскать виллу! Если хозяин не удрал, то он в верхних комнатах. Дергач, бери Тридцать Четвертого и собирай рабов.
— Красный брат, тебе стоит посмотреть, — мрачно объявил Лекран, стоящий под аркой у входа во двор виллы и стирающий кровь с топора.
Судя по мускулам на руках и спине, мужчина был сильным. Его подвесили между двумя столбами, цепями за руки, на запястьях виднелись потеки запекшейся крови. Голова безжизненно опустилась на грудь. По всей широкой спине отпечатались следы кнута. Передняя половина левой ступни отрублена — обычное наказание рабам, впервые сбежавшим от хозяина. Сбежавших во второй раз убивали.
Напротив мертвеца — прикованная к столбу женщина, руки связаны за спиной, ноги стянуты веревкой так, что не пошевелиться. Женщина была полураздета, плечи и грудь в синяках и ссадинах. Лекран разбил цепи топором, Иллиан взрезала веревки, и женщина рухнула ей на руки. Потом она, захлебываясь, пила воду из фляги Иллиан. Затем растерянно посмотрела на облачение Френтиса, на синий плащ и меч за спиной.
— Брат? — с безошибочно узнаваемым азраэльским акцентом спросила женщина на языке Королевства.
— Да, брат Френтис, — сказал он и опустился рядом с ней на колени, — а это сестра Иллиан.
Голова женщины качнулась, взгляд затуманился.
— Значит, я наконец мертва, — воскликнула она и пронзительно рассмеялась.
— Нет, мы пришли за вами по приказу нашей королевы, — тихо сказала Иллиан и осторожно взяла женщину за руку.
Женщина в недоумении уставилась на Иллиан. Похоже, поверить в спасение оказалось непросто.
— А Джеррин? — наконец произнесла она, приподнялась, повела диким взглядом. — Вы его тоже спасли?
Ее взгляд уперся в повисшее на цепях тело. Она отчаянно закричала и обмякла, затем тихо прошептала:
— Я говорила ему, что нельзя бежать. Но он не мог вынести, что эта тварь хозяйничает надо мной.
Френтис услышал за спиной перепуганное хныканье и обернулся. Толстенький человечек стоял, трепеща, у изукрашенного фонтана в центре двора, выставив подбородки и стараясь приподняться на цыпочках, потому что брат Ренсиаль тыкал толстячка сзади мечом.
— Где лошади? Говори! — велел мастер.
Толстячок трясущейся рукой показал на арку слева. Ренсиаль вопросительно посмотрел на Френтиса, а тот глянул на женщину, с лютой ненавистью уставившуюся на толстяка.
— Мастер, если вы не против, давайте немного позже, — попросил Френтис.
Они отыскали еще шестерых подданных Королевства среди рабов. Все — моложе сорока лет и умелые ремесленники.
— Джеррин был колесником, — объяснила его жена.
Ее звали Лиссель, она была свечным мастером из Рансмилля и приехала в Варинсхолд по настоянию мужа.
— После войны в пустыне стало худо с деньгами, — рассказала она, — а он уверял, что в Варинсхолде мы заработаем состояние.
Она снова пронзительно рассмеялась, но заставила себя умолкнуть и с ненавистью посмотрела на хозяина виллы, прикованного там же, где висел ее муж. Тридцать Четвертый немного расспросил воларца, но пыточные умения оказались излишними: толстяк с готовностью выкладывал все.
— Он говорит про большое имение в двенадцати милях к востоку, — сообщил Тридцать Четвертый. — Тамошний хозяин — знаменитый конезаводчик и купил много рабов последнего привоза.
— А ближайший гарнизон? — спросил Френтис.
