Все были заняты приготовлениями в оружейном погребе, когда я присоединился к ним. Эбен навешивал на Гвен множество оружия.
— Чёрт, Эбен, она не сможет двигаться со всем этим оружием. Я думаю, ты просто снимаешь напряжение, привязывая его к ней, — поддразнил Райдер.
— Отвали, Рай. Очевидно же, я просто забочусь о её безопасности больше, чем ты, — парировал Эбен.
— Или у тебя фетиш на оружие. Не спускай с него глаз, Цыпа. Он просто может попытаться трахнуть тебя рукояткой своего ножа, — мы все рассмеялись, и Эбен бросился к Райдеру, схватив его за голову. Я улыбнулся этому зрелищу. Все были на взводе. Сегодняшняя миссия, возможно, была самой важной миссией в наших жизнях. Моей внутренней реакцией было отклонить план, изложенный Крюком, хотя я видел, что тактические аспекты, стоящие за ним, были разумными. Но Гвен полностью за, и я знал, что позволяю своим эмоциям сдерживать меня.
Всё было готово. Наступил момент перед битвой, когда адреналин зашкаливал, а нервы были на грани того, чтобы взять верх. Но у Райдера был способ разрядить напряжение. Каждый из нас внёс в группу что-то необходимое, и я знал, что готов умереть за любого в этой комнате.
— Как насчёт приберечь энергию для нашего врага? — сказал я. — Пора выдвигаться.
Мы провели утро, пролетая над Неверлендом, каждый из нас был погружён в свои мысли, держа путь в Виридианский лес. Люциус и Крюк ждали нас на опушке леса. Мне пришлось придержать руку, чтобы не ткнуть клинком в белого волка А̀ло, когда он появился из ниоткуда и поддел головой Гвен, как только она появилась.
— Перестань быть подлизой, — проворчал Люциус огромному волку. — Микаэлы здесь даже нет, чтобы произвести впечатление.
— Может быть, он не такой мудак, как ты. Может быть, я действительно нравлюсь
— Любовь моя, ты выглядишь восхитительно, — перебил её Крюк, — или, может быть, дело именно в том, что ты выглядишь
Эбен откашлялся, прерывая шоу.
— Ты отлично повеселился прошлой ночью, Крюк. Теперь ей нужно, чтобы ты сосредоточился на миссии, — усмехнулся Эбен, нисколько не скрывая собственных чувств.
— У тебя есть зелье? — спросил я, отмахиваясь от демонстрации «альфа-самца» Эбена. Сегодня был не тот день, когда мелкая ревность могла взять верх над нами. Крюк достал стеклянную бутылку из сумки на поясе.
— Его трудно достать в больших количествах. Это, вероятно, самая большая партия во всей Вселенной, но у меня достаточно для каждого, за исключением волка, но ему это не нужно.
Люциус шагнул к Крюку, явно готовый вмешаться от имени А̀ло.
— Помни, с кем мы сражаемся, — предостерёг Крюк, не отступая от неповоротливого принца. — Мы должны играть на их слабостях. Они не будут обращать внимания на тех, кого считают низшими фейри. Он будет просто ещё одним диким зверем Виридианского леса и не будет представлять для них угрозы, — быстро объяснил Крюк, и Люциус поворчал, но согласился. — Один глоток сделает тебя невидимым, по крайней мере, для нетренированного глаза, — Крюк протянул мне бутылку. Её содержимое выглядело как обычная вода из пруда. Тёмно-зелёная жидкость с плавающими частицами.
— И как долго это продлится? — спросил я.
— По-разному. У нас будет не более двух часов, возможно, меньше.
— Ты уверен, что это не какой-то план избавиться от всех нас, чтобы он мог оставить Гвен себе? — накинулся Эбен.
— Эбен, прекрати, — простонала Гвен с явным раздражением.
Я удивлённо ухмыльнулся. Наблюдать, как она ставит Эбена на место, было чертовски возбуждающе. Эбен просто уставился на неё, и мой обычно болтливый Потерянный Мальчик промолчал.
Она подошла к нему, положив руку на его щеку.
— Я знаю, ты ему не доверяешь, но обещаю, Джеймс здесь не для того, чтобы отравить тебя. Ты доверяешь
— Тогда решено, Гвендолин, любовь моя, твои оковы ждут тебя, — Крюк поманил её вперёд, держа в руке кусок верёвки. — Напоминает мне о ночи, когда мы впервые встретились. Возможно, нам придётся разыграть оставшуюся часть сцены позже.
— Джеймс, — отругала она, но я заметил, как она покраснела. Ей нравилось быть связанной, и я сделал мысленную пометку обзавестись собственной верёвкой. Гвен останавливалась возле каждого Потерянного Мальчика, чтобы побыть с каждым наедине. Когда она добралась до меня, я притянул её к себе, прижимая к своей груди.
— Не делай сегодня ничего опрометчивого, хорошо? — прошептал я ей на ухо.
— Я? У меня больше защитников, чем может понадобиться одной девушке. Я беспокоюсь о тебе. Будь осторожен. Либо мы все возвращаемся, либо никто из нас, — она крепко поцеловала меня.