Королева Потерянных Мальчиков полностью

Я прижала Осакрен к животу, заострённые рога впивались в мою кожу. Я изо всех сил вцепилась в маленький череп, когда её скрюченные пальцы сомкнулись на моей шее — длинные ногти царапнули по подбородку. Запах гниющей плоти окутал меня, и я поняла, что Костяная фейри пришла забрать свою плату. Она прищёлкнула языком у моего уха, втянув воздух. Я быстро заморгала, глядя на всех своих мужчин. Каждый был покрыт кровью Ариона. Они были единственными, кто стоял между мной и Дорианом. Теперь же мы оказались между двух зол. Мой разум отчаянно пытался наверстать упущенное. Всё произошло так быстро. Ситуация с Дорианом была на грани срыва, в нескольких шагах от того, чтобы перерасти в насилие. Питер вложил реликвию мне в руку, готовясь дать отпор, чтобы выиграть мне драгоценное время, необходимое для побега от демона, стоящего перед нами. В тот момент, когда мои пальцы коснулись гладкой поверхности, я почувствовала странное покалывание магии, и она материализовалась позади, оттаскивая меня от Питера и моих мальчиков.

Я была крепко зажата в её когтистой хватке, её перепончатые крылья обвивали нас. Выражение неподдельного ужаса на их лицах, должно быть, отражало моё собственное. А̀ло заскулил, прижавшись к земле и пытаясь подобраться ко мне поближе.

— Ну, неужели это моя дорогая сестра, — сказал Дориан, растягивая слова с изысканной манерой. Слово «сестра» слетело с его губ с насмешкой. Его хищные глаза остановились на старой карге.

Сестра? Не могло быть, чтобы греховно красивые черты принца-бастарда имели ту же родословную, что и у Костяной фейри.

— Я разорвала эту связь мириады лет назад, — прошипела она и плюнула на землю у моих ног.

— О, Пейтра, — цокнул он языком, — ты не можешь разорвать кровные узы, которые нас связывают. Я говорил тебе это тысячу раз. И всё же ты заходишь так далеко, чтобы бросить мне вызов. Такая жалость, — в его красноречивых словах сквозила снисходительность.

— Кровь, которая связывала нас, давным-давно стёрта. Теперь я нечто совершенно иное.

— Ты именно такая, какой я хотел тебя видеть. Первая ступень. Ты думала, что сможешь убежать от меня, дорогая сестра? Думала, сможешь украсть то, что принадлежит мне по праву? Должен признать, это была забавная игра. Но теперь, когда ты снова у меня под каблуком, ты знаешь, что за твои действия последует расплата. Это будет справедливо.

— Она давно мертва, Дориан. Раздавлена твоим ботинком, но то, что восстало из пепла — это сила, которую ты не можешь контролировать.

— Отдай мне реликвию, Пейтра. Отдай её мне. Сейчас. И я позволю тебе убраться обратно в тень, где тебе самое место.

— Вилка, словно змеиный язык, щекочет судьбу. Шанс ускользнул от тебя, принц-бастард. Кровь древних — соблазнительная шлюха, но Избранная Дочь — поистине прекрасный приз. Судьба указала этот путь. Я видела это в костях.

— Грустно на самом деле. Грустно, что ты думаешь, что останки нескольких мёртвых животных могут спасти тебя от меня. Я больше не сплю в постели судьбы. Я сам творю свою судьбу, и она будет великолепной. Это моё последнее предупреждение. Отдай мне Осакрен.

— Я здесь, чтобы забрать Звезду, — прошипела она своим скрипучим голосом мне в ухо. — Судьба миров висит на волоске. Осакрен теперь принадлежит ей. Вознеси оружие против меня, и я уничтожу её. И тебе придётся подождать до рождения новой Вселенной, чтобы осуществить свою месть.

— Это моё, Пейтра! — прорычал он, на мгновение теряя самообладание.

Он провёл рукой по своим шелковистым локонам и решительно вернул на место маску спокойствия и собранности.

— Ты же знаешь, я просто найду другой способ, и местным жителям будет ещё больнее. Это будет на твоей совести, не на моей, — Дориан впился в неё взглядом, сквозь который всё ещё просвечивала частичка зла внутри него.

— Костяная фейри! — громовой голос Питера привлёк её внимание, отвлекая непохожих друг на друга брата и сестру от их перепалки умов. — Мы так не договаривались! Ты хотела реликвию, она добыла её тебе. А теперь забирай и уходи.

Она зашипела на него, обнажив свои чёрные гнилые зубы, и попятилась, увлекая меня за собой.

— Божество запрещает это. Наши нити могут не запутаться, только когда упадут последние песчинки.

— Ты не получишь её, — прорычал он в ответ.

Всё её тело затряслось от злобного смеха.

— Глупцы! Вы не можете остановить то, что уже написано.

— Я не позволю тебе забрать её у меня, — Питер вытащил свой меч и принял оборонительную позу. Каждый из моих Потерянных Мальчиков последовал его примеру.

— Как насчёт того, чтобы заключить сделку, Питер? — вмешался Дориан. — Впервые между правителями. Ты добудешь Осакрен. Я отдам тебе девчонку. Акт доброй воли, призванный снискать твоё расположение ко мне.

Громкий раскат грома раздался в воздухе вокруг нас. Неверленд, сама по себе, реагируя на ярость, вспыхнувшую в глазах Питера, повторила его ответ, не произнеся ни единого слова.

Слышимый щелчок привлёк моё внимание к Джеймсу, его пистолет лежал на крюке, дуло было направлено на Костяную фейри.