— Я надеялась, что кто-то из вас знает.
— Это ключ, о котором ты говорила? Из пещеры? — уточняет Ашен, передавая сферу Сайрусу. Тот подносит ее к свету, внимательно осматривает, но я уже знаю: на отполированной черной поверхности нет изъянов. Единственная странность — ее тихое гудение.
— Да. По крайней мере, я так думаю. Он открыл что-то вроде двери на стене с кольцами. Кому-нибудь это о чем-то говорит? — спрашиваю я, но надежда тает. Все качают головами. — По ту сторону вдали была женщина. Я не разглядела ее, но она говорила со мной, прежде чем дверь закрылась. На незнакомом языке. Похоже на шумерский, но не совсем.
Эдия забирает камень у Сайруса и шепчет над сферой заклинание раскрытия, но ничего не происходит. Она хмурится и смотрит на меня, звезды в ее глазах меркнут.
— И из-за этого нефилимы хотят тебя?
— Похоже на то. Есть еще один. Я видела его в мыслях Леандра в поместье Валентины — то, что он точно не хотел мне показывать. Похожая стена, но золотая, с кольцами, исписанными тем же языком, но другими словами. Ключ там из лазурита. Я услышала обрывки разговора о вратах, но без подробностей. Все, что я знаю точно: нефилимы хотят эти камни, и, кажется, они верят, что я могу достать оба.
— Что ж, это дает нам фору, даже если мы понятия не имеем, что это и зачем, — замечает Коул, забирая сферу у Эдии.
— Кто-нибудь может нам подсказать? — спрашивает Сайрус, переводя взгляд между мной и Эдией.
— У меня есть одна идея, — отвечает Эдия. — Аммон Хассан. Этот старик повидал все за время работы аптекарем. Он на нейтральной территории, так что нам не придется обращаться к твоему заносчивому ангельскому другу, Ашен.
Ашен фыркает.
— Согласен. Давайте пока не посвящать ануннаков, пока не узнаем больше. К тому же, нам все равно нужна помощь мистера Хассана.
— Для чего? — спрашиваю я, хмурясь. Следую за Ашеном к серванту, откуда он достает ткань рядом с кувшином воды. Смачивает ее и возвращается, чтобы вытереть кровавый плевок с моего платья.
— У нас проблема. Ты хочешь улучшить условия для душ здесь, верно?
— Да, конечно. Очень хочу, — отвечаю я, бросая взгляд через плечо, пока Ашен методично вытирает пятно, ткань становится влажной.
— Лучшее, что мы можем сделать, - воскресить их.
— Как Жнецов?
— По сути, — говорит Ашен. Он еще немного промокает платье, затем пальцы скользят по моей обнаженной руке, давая понять, что закончил. Я смотрю, как он занимает место рядом, дым от крыльев редеет по мере угасания гнева. — Это не значит, что им придется забирать души или возвращаться в Мир Живых для правосудия. Но это даст им место здесь. Избавит от смятения и кошмаров. Они перестанут страдать. Нам лишь нужно обеспечить подходящие условия.
— Не понимаю, в чем именно проблема?
— Нам нужен Воскреситель. Демоны будут продолжать воскрешаться через Зал, но чтобы вернуть душу, нужен более сильный проводник. Ты убила последнего. Это была Имоджен.
Я тяжело вздыхаю.
— Да. Теперь понимаю, что за проблема.
— Мистер Хассан может это сделать? — спрашивает Коул.
Ашен кивает.
— Да. Нам просто нужно найти подходящего человека для роли, но он может провести превращение.
— Я вызываюсь добровольцем. Буду Воскресителем, если хотите, — говорит Коул. Его юношеские черты внезапно кажутся старше под тяжестью этих слов.
Я мало знаю об этом месте, но сомневаюсь, что роль Воскресителя — легкая ноша. Когда я смотрю на Эдию, чувствую, что она думает то же самое. В ее глазах мелькает тревога, но она прячет ее под гордостью, согревающей выражение лица.
В моем сердце тяжелеет, когда я снова смотрю на Коула, зная, сколько он уже пожертвовал ради баланса миров.
— Спасибо, Коул. Я ценю это. Дай мне немного времени подумать, хорошо?
Коул понимающе улыбается.
— Конечно.
— Нам нужно сделать это как можно скорее, — говорит Ашен, возвращаясь к серванту. Бросает испачканную ткань в корзину, достает ручку и бумагу. Пишет записку, складывает ее, затем вторую. Его крылья шевелятся под дымом, когда он сосредоточен на письме, и вот они исчезают, не оставив следов на рубашке. Возвращается, передает первую записку Эдии. — Отнеси это мистеру Хассану, он поймет. Возьми с собой Эрикса.
Эдия на мгновение хмурится, открывает записку. Ее глаза расширяются на долю секунды, она встречает взгляд Ашена и складывает листок.
— Будет сделано, демон, — говорит она с сдержанной усмешкой. Кладет турмалиновую сферу на стол, берет Коула за руку и уводит с собой, на ходу крича «чао».
— Что за…
— Сайрус, — перебивает Ашен, передавая вторую записку своему заместителю. Тот сохраняет невозмутимое выражение, читая инструкции. — Заплати им любую сумму. Сколько бы они ни попросили. Понял?
— Так точно, сэр, — Сайрус разворачивается и выходит, не дав мне возможность задать вопрос.
Я поворачиваюсь к Ашену, сужая глаза, изучаю его непроницаемое лицо. Эмоции, которые я чувствую от него, тоже ничего не говорят. Лишь остаточная ярость и решимость выполнить задуманное.
— Нам нужно что-то покупать? У нас вообще есть деньги? Насколько дорого обходится воскрешение?
