Закусив губу, девушка молча кивнула. Она уже пожалела о своей откровенности. Улегшись в постель, она демонстративно повернулась спиной к мужу. Покосившись на нее, Халстейн тяжело вздохнул, но решил, что лучше ее не трогать. В конце концов, безопасность жены и наследника значат для него больше чем ее обиды. Раз Триана сама не понимает этого, ему придется думать за двоих. Сам он так и не смог уснуть, боясь ненароком проспать назначенный час и строя в уме планы будущего нападения.
Горцы покинули лагерь посреди ночи, отправившись на условленное место встречи с эльфами. Те уже были там, выстроившись в линию перед своим предводителем и ожидая подхода союзников. Выстроившись в колонну и обменявшись краткими инструкциями, оба отряда двинулись вперед. Предводитель эльфов шел первым, указывая дорогу. Ночь была темная, звезд на небе не было, путь им освещало лишь сияние, исходящее от снежных сугробов. Эльф ступал так легко и невесомо, что казалось, будто он даже не проваливается в снег. За ним шли горцы во главе с Халстейном. Остальные эльфы незаметно и бесшумно следовали вдоль тропы, по обеим сторонам от колонны горцев. На мгновение у Халстейна мелькнула тревожная мысль о том, не заведут ли они их в какую-нибудь ловушку? Но он тут же отмел ее, поскольку у эльфов не было ни малейшего резона этого делать. У них один общий враг и общая задача – как можно скорее его уничтожить.
Шагая по лесу, под мерное поскрипывание снега под сапогами Халстейн думал о Триане и их вчерашнем разговоре. Он чувствовал себя слегка виноватым перед женой за то, что пришлось отказать в ее просьбе. Его безумно обрадовала весть о ее беременности, хотя он еще не до конца осознал этот факт. Полностью уверится в этом он лишь тогда, когда ее фигура начнет приобретать округлые очертания. Но, одновременно с радостью, он испытывал и тревогу. Его первая жена умерла во время родов и мысль о том, что и Триана может повторить ее участь, повергала его в трепет.
Он вспомнил свою первую встречу с бывшей женой. Тогда еще он не был вождем, Ратгардтом правил его отец – Халет. Выполняя поручение отца в Западных землях, он познакомился с дочерью одного из тамошних наместников. Фреда была стройной и хрупкой девушкой с мягкими белокурыми волосами и лучистыми серыми глазами, а он огромным грузным мужчиной, чьи руки давно огрубели, а кожа покраснела и задубела от солнца и ветра. Всю жизнь проведшей за стенами отцовского поместья, нежной и романтичной девушке могучий горец показался сказочным героем, ожившим отважным воином из легенд, которые она так любила слушать в детстве. Халстейну очень льстило то, какими восторженными глазами на него смотрит Фреда, да и сама девушка пришлась ему по душе. Он уже давно присматривал себе невесту, поэтому не долго раздумывал, прежде чем сделать ей предложение. Ее отец не стал противиться браку. Обитавшим вдали от уже начавшей разгораться войны с орками, жителям Западных земель рассказы об орудовавших в Сирионе орочьих ордах, огнем и мечом опустошавших мирные поселения, казались не более чем страшной сказкой. Но эта сказка того и гляди грозила обернуться былью. Пламя войны вполне могло распространиться дальше, а род Фреды нуждался в сильном союзнике.
Халстейн с Фредой вскорости обвенчались, и он увез ее с собой в горы. Она без раздумий последовала за ним в Ратгардт – не только по велению долга и сердца, но и по собственному горячему желанию. Фреде хотелось думать о себе, как о великодушной и самоотверженной женщине, готовой поддержать мужа во всех его начинаниях, всегда находящейся рядом с ним и без устали заботящейся о его нуждах, забывая про свои собственные. Но реальность оказалась далека от наивных девичьих фантазий и надежд. Клан горцев принял юную супругу вождя вполне дружелюбно и гостеприимно. Несмотря на свою бесспорную грубость и неотесанность, горцы старались проявить к ней доброту и участие насколько позволяло их воспитание. Фреда старалась поскорее обвыкнуться на новом месте, но давалось ей это тяжело. Стены крепости сомкнулись вокруг нее. Она слишком привыкла к комфорту и удобству, которых здесь и близко не было, и часто скучала по родному дому, по тому легкому и беззаботному образу жизни, который она там вела. Но самым тяжелым для нее оказалось то, что муж часто и подолгу отсутствовал дома. Ратгардтцы занимались в основном скотоводством и охотой, поставляя своим соседям шерсть, меха и шкуры диких и домашних животных. Мужчины часто служили воинами и наемниками в армиях других держав, поэтому большую часть своего времени Халстейн проводил в военных походах и охоте, а жена оставалась в крепости в полнейшем одиночестве. Поначалу она не подавала виду. Но с каждым своим возвращением горец все чаще замечал, как она сидит, задумчиво уставившись в пустоту, а на лице блуждает тоскливая улыбка.
