Тот весело гоготнул в ответ. Наградив болтуна подзатыльником, Халстейн сердито шикнул на обоих. Говорят, у эльфов необычайно острый слух, и они навряд ли оценят подобные шутки. Хотя если быть честным, он и сам отличал их предводителя лишь по командному тону и причудливой рунной вязи на шлеме. Горец понятия не имел, что означают эти надписи, но у остальных таких не было.
Словно услышав мысли горца, эльф бросил быстрый взгляд в его сторону и вновь отвернулся к своим сородичам, замершим в ожидании приказа. По его безмолвному сигналу все, как один, одновременно вскинули луки, наложили стрелы на тетиву и прищурились, вылавливая подходящую цель. Еще один знак – тугие тетивы загудели и три десятка стрел полетели в ничего не подозревающих орков. Прежде чем их смертельные жала впились в тела врагов, лучники сделали второй залп. Но на этот раз гудение тетивы уже невозможно было расслышать сквозь вопли смертельно раненых. В лагере тотчас возникли суматоха и замешательство. Еще толком не осознав, что происходит, полусонные орки высыпали из палаток и с рычанием и руганью сновали взад-вперед, пытаясь определить источник опасности. Третья волна стрел швырнула наземь еще около дюжины врагов. Но тут атакуемые опомнились. Разъяренная орда орков с ревом рванула вверх по склону.
– Держать врагов на прицеле! Близко никого не подпускать до последнего, чтобы нам не пришлось доставать мечи! – скомандовал предводитель эльфов.
– А у вас и мечи есть? – не сдержав любопытства, осведомился один из горцев. – Я думал, эльфы только из лука умеют…– он умолк, не закончив фразы, под убийственным взглядом своего вождя.
Тому стало неловко за своих людей, и он дал себе слово всерьез заняться их дисциплиной по возвращении в лагерь. Вместо ответа эльф молча откинул плащ, демонстрируя пояс с висевшей на нем парой одинаковых, чуть изогнутых ножен. Халстейн поймал себя на мысли, что с удовольствием взглянул бы на то, насколько хорошо он ими владеет. Эльфы не уступали горцам ростом, но на фоне массивных широкоплечих воинов Ратгардта казались чересчур хрупкими и изящными. Правда, он подозревал, что это впечатление весьма обманчиво. Дальше раздумывать о боевых навыках эльфов было некогда. Затрубил рог, и выстроившиеся клином горцы приняли мечи наизготовку, готовясь встретить врага. Острием этого клина являлся их вождь. Дождавшись, пока орки приблизятся максимально близко, он отдал приказ наступать и первым бросился в атаку. Издав боевой клич, его люди в ту же секунду последовали за ним. Битва началась.
Горцы сражались без передышки, не отступая ни на шаг, их руки крепко сжимали оружие, а по лицу тек пот, тут же застывая на морозе. Через час пропитанный кровью снег был усеян трупами и частями тел – мертвых людей, эльфов и орков. Правда, эльфов среди них было всего двое. Прикрывая горцев сверху, они не вступали в открытый бой, но добрая треть врагов полегла под их стрелами, так и не успев пустить в ход оружие. С полсотни орков сумело сбежать с поля боя и забиться в свои болота – зализывать раны. Но главная цель была достигнута – лагерь противника был уничтожен. Оказав помощь раненым и последние почести убитым, победители возвращались на место стоянки. Халстейн пригласил эльфов к себе – обсудить дальнейший план действий. Но его приглашение приняли только трое: предводитель лучников и двое его спутников.
Проснувшись, Триана никак не могла заставить себя подняться с постели. Как и в минувшие дни, ее настроение и самочувствие оставляли желать лучшего. Приказав горничной заварить травяной чай, помогающий хоть немного унять тошноту, девушка взялась расчесывать спутанные после сна волосы. Она по-прежнему злилась на мужа, вымещая свою злость на ни в чем неповинных волосах – безжалостно дергая и вырывая их. Шум в лагере подсказал ей о возвращении горцев. Триана отчего-то ни капли не сомневалась, что они вернулись с победой. Но в какую цену обошлась им эта победа? Много ли погибших и раненых? Как показали себя неожиданные союзники и смогут ли они в дальнейшем рассчитывать на их помощь? Вопрос о союзниках занимал ее больше других.
Подстегиваемая любопытством, девушка проворно соскочила с кровати и тут же пошатнулась, вцепившись в полог над изголовьем. Она все время забывала о своем новом положении и связанными с ним неудобствами. Как же ее все это раздражает, особенно эти внезапные приступы головокружения! Благодаря ним, теперь и взлетать страшно – чего доброго, еще свалишься. Да что там летать, она скоро и ходить нормально не сможет, кроме как вперевалочку. Эх, до чего ж не вовремя свалилась на нее эта беременность! Дождавшись, пока слабость отступит, а в голове хоть немного прояснится, Триана накинула на плечи теплую меховую накидку и вышла на улицу.
