– Мы сумели скрыть пси-связь в нашем докладе Космической полиции. Чувство Рипа, что капитан пиратов собирается в него стрелять, вполне можно объяснить интуицией хорошего пилота, а насчет того, как мы открыли разумность парящих, – это, как сказала капитан Космической полиции, дело ученых. А ее дело – следить, чтобы соблюдались законы. Что мы и сделали.
– Управление торговли, – сказал Али. – Оно не успокоится, пока не вывернет нам головы наизнанку.
– Боюсь, это правда, – кивнул Тау, оглядывая собравшихся. – Вы уникальны. Биологи прилипнут к вам, как железные опилки к магниту.
Джаспер слегка покачал головой:
– Только им мало что найдется исследовать.
Тау повернулся к нему:
– То есть, Джаспер?
Викс поднял руку:
– Знаю, это не меняет дела, но за последнюю неделю я ни разу не видел чужого сна и никому не показал своего. В смысле пси-связи. Мне снилась только обычная мешанина последних событий. Ничего другого.
– Аналогично, – сказал Али. – Я думал, что научился ставить экран.
– Я ничего не чувствовал, – произнес Дэйн. – Даже когда пытался.
– Я тоже, – признался Рип.
– Может быть, вы ставите экраны, – сказал Крэйг Тау. – Вы все.
– Или этого просто больше нет, – возразил Джаспер с явной надеждой. – Мы были сильнее всего, когда электромагнитное поле планеты достигло максимума. Кажется, это на нас сказалось.
– Да, но мы ощущали связь еще до того, как вынырнули у Геспериды, – указал Рип. – Мы ее ощущали еще на Бирже и сами того не знали.
– Может быть, это приходит и уходит, – пожал плечами Али. – Хотя я предпочел бы, чтобы это ушло совсем. Мне понравилось, как я спал последние дни.
Джаспер слегка кивнул. В лице Рипа Дэйн не заметил никакой реакции и понял, что штурман, может быть, и не согласен – но, как всегда, он не спорит.
Тау кивнул:
– Что, если эта способность просто перегорела, как испорченный провод? Или заснула, как сказал Камил. Не удастся ли ее снова оживить? Не знаю. Я бы предложил вам подумать, не согласитесь ли вы сознаться в ее существовании и провести несколько экспериментов. Чем больше данных будет нам известно, тем меньше вас будут рассматривать как подопытных.
– Никто не вправе принуждать нас к экспериментам, – сжал губы Али. – Мы вольные торговцы, а не лабораторные крысы. Если Федерация изменила законы, пока мы были вдалеке от Терры, то я переберусь в другой конец галактики.
– Верно, – ровным голосом согласился Тау. – Только если у тебя есть известный талант, о котором ты знаешь мало, всегда найдутся желающие тебя использовать. Они могут поджидать тебя где угодно. И такие лица, не считающие себя связанными законами Федерации, могут быть… изобретательными в способах призвать тебя к сотрудничеству.
Рип положил ладони на колени:
– Это факт, господа. Мы этого не хотели, но это у нас есть. Глупо делать вид, будто ничего не было. По крайней мере, мы можем научиться контролировать свою способность, даже если не захотим ее применять. И я предлагаю какое-то время полета в гипере потратить именно на это. А пользоваться этим или нет – решим потом.
Али разлепил губы, потом резко пожал плечами:
– Быть по сему. Капитан Шеннон сказал.
Он выпрямился и вышел.
– То, что ты говоришь, имеет смысл, – ровным голосом произнес Джаспер. – Сообщи мне расписание экспериментов, Крэйг.
И он вышел своей обычной бесшумной походкой.
Тау посмотрел на Рипа, на Дэйна, слегка улыбнулся и вышел.
Рип скривился:
– Капитан Шеннон. Дал бы я ему по его кинозвездному носу за такие слова.
– Но это правда. Все слышали по связи – только ты один не заметил. Слишком был занят расчетом прыжка в гипер.
Рип смущенно улыбнулся:
– Да нет, заметил, но не знал, что и другие тоже слушают.
– И по-моему, Али не собирался тебя подкалывать. Это был знак уважения, иначе он высказался бы по-другому.
– Знаю. Он ненавидит пси-связь, и боюсь, так это и останется. И вряд ли Джаспер любит ее больше. Честно говоря, я понятия не имею, как отношусь к этой способности. Но она есть. Стоит посмотреть правде в глаза и выяснить, что сможем. Иначе она будет контролировать нас, а не мы ее.
– Согласен, – сказал Дэйн. – Крэйг даст Али малость остыть, перед тем как начать. Но действительно лучше знать, с чем мы имеем дело.
Рип усмехнулся и вернулся к работе, а Дэйн вышел.
Направляясь в свое хозяйство, он потряс головой. Кажется, даже в гипере ему не удастся отдохнуть от утомительных обязанностей. Ладно, ничего. Он справится.
У них два действующих корабля и великолепный груз. У них даже экипажа хватает. В следующем порту они направятся наконец к богатству – которое тоже могут когда-нибудь поставить на карту. Выигрыш или проигрыш – такая жизнь ему по вкусу. Хорошо, что не знаешь, куда отправишься дальше и что случится завтра. Дэйн любил перемены, открытость всему, что может предложить жизнь.
