Но, увидев близко ту, которая была ее соперницей не по прихоти случая, как Нимфодора или Бандекка, а по закону, Марина невольно растерялась и, почувствовав приступ дурноты, поднесла руку ко рту и опустилась на стул.
— Госпожа, тебе плохо? — захлопотала вокруг нее Агафья. — Может, дать тебе ягод? Или кислого молока?
— Нет, только воды.
Напившись, Марина встала и обратилась к гостье:
— Зачем вы приехали, синьора? Что вам нужно от меня?
— А разве нам с вами не о чем говорить? — Чечилия усмехнулась уголками губ. — Или вы боитесь побеседовать со мной наедине?
Агафья, плохо понимавшая итальянский язык, настороженно переводила взгляд с Марины на Чечилию. Она, как и другие слуги, не знала, что Донато женат, а потому и не могла догадаться об истинном отношении гостьи к хозяйке.
— Что ж, если вам угодно, побеседуем наедине, — сказала Марина и обратилась к служанке: — Выйди, Агафья. Твоя помощь не нужна. Мне уже лучше.
Агафья вышла, но перед тем, как скрыться за дверью, оглянулась.
— Боюсь, что в доме нас будут подслушивать, — насмешливо заметила Чечилия. — Не лучше ли нам с вами выйти в сад и там поговорить?
Марина не могла найти слов возражения и вышла вслед за гостьей в сад, хотя при этом чувствовала себя униженной и пристыженной.
Возле крыльца топтался Энрико, чуть поодаль стояли два его помощника.
— Синьора, хозяин велел везде вас сопровождать, — заявил бдительный страж.
Но Марине совсем не хотелось, чтобы ее сопровождал Энрико, который, в отличие от Агафьи, понял бы каждое слово из разговора соперниц, и потому она решительно возразила:
— Но не сейчас, Энрико! Я ведь не еду на прогулку. Мы с этой дамой будем беседовать в саду. — Но, видя, что охранник по-прежнему колеблется, Марина добавила: — Мессер Донато хорошо знает эту синьору.
— Ну, если так… — Энрико пожал плечами. — Только кучер у синьоры почему-то немой, это странно.
— Я нарочно наняла немого кучера, — объявила Чечилия, услышав замечание охранника. — Не люблю болтливых слуг и таких, которые вмешиваются в дела господ.
Энрико молча отошел от собеседниц, а Чечилия, с улыбкой взглянув на Марину, сделала несколько шагов в сторону дубовой аллеи. Марине ничего не оставалось, как пойти рядом со своей незваной гостьей.
— Значит, вы приехали в такую даль, чтобы поговорить со мной? — спросила девушка, не выдержав молчания. — А как вы узнали, что Донато нет дома?
— О, это было нетрудно, — с простодушным видом ответила Чечилия. — Мы с братом недавно остановились в деревушке поблизости от вашего поместья и проследили, когда мой муж поедет на охоту. Ведь в присутствии Донато я вряд ли была бы допущена так свободно побеседовать с вами. А мне, признаюсь, любопытно было взглянуть на женщину, которую Донато полюбил и окружил роскошью. Уж не знаю, где он добыл состояние, чтобы вести здесь жизнь богатого дворянина. Видно, опять вернулся к ремеслу корсара. Впрочем, это неважно. Главное, что вы оказались красивой и умной женщиной, вполне достойной его любви. Я отдаю вам должное, но поймите и вы меня.
Она осторожно взяла Марину под руку и заглянула ей в глаза. Взгляд Чечилии казался добрым, даже кротким, и Марина невольно откликнулась на ее слова:
— Я понимаю вас, синьора. Вы вправе осуждать меня, даже ненавидеть, но я не виновата в том, что случилось…
— Я? Ненавидеть вас? Да что вы! — воскликнула Чечилия, не переставая идти вперед и незаметно увлекая за собой Марину. — Я ведь тоже вас понимаю. Донато такой мужчина, в которого трудно не влюбиться. Я боялась, что вы окажетесь грубой, вульгарной девкой из трактира или видавшей виды развратной вдовушкой. Но теперь, когда я узнала вас, у меня появилась надежда вернуть моего мужа.
— Что вы хотите сказать? — насторожилась Марина.
— Да, не удивляйтесь, именно это я и хочу сказать. Вы так добры, что вернете мне Донато. Поймите же, я люблю его больше жизни, я готова ради него на все! И к тому же я законная супруга Донато, не забывайте об этом. А вы молоды, у вас в жизни будет еще не одна любовь. Когда вы расстанетесь с Донато, не бойтесь ни бедности, ни осуждения. Я достаточно богата, чтобы купить для вас небольшое поместье со слугами где-нибудь подальше отсюда, где никто не будет знать о вашем прошлом.
— Что?.. — Марина задохнулась от возмущения. — Вы… вы хотите заплатить мне за Донато? Вначале вы женили его на себе обманом, а теперь…
— Это он вам сказал, что я его женила обманом, а на самом деле между нами была страстная любовь. И после свадьбы он провел со мной бурную брачную ночь.
— Почему же тогда он сбежал от вас?
