Внезапно, Зейд обернулся, безошибочно взглядом отыскав меня в толпе. Он улыбнулся одним уголком губ, от чего где-то внизу живота сразу защекотало. И небо уже не казалось таким уж хмурым.
Чем дальше мы удалялись от места нашей ночёвки, тем более беспокойно вела себя Тьма. Естественно, её настроение перекочевало и на меня. Я уже не шутила беззаботно с солдатами, не донимала своими монологами Дэйо, просто ушла глубоко в себя.
Я не понимала, о чём шепталась Тьма, и мне это не нравилось. Она вроде как пыталась меня от чего-то отговорить, но наши внутренние переговоры и раньше заканчивались ничем. А Тьма всё больше злилась, её шёпот в моей голове уже заглушал все голоса вокруг. Где-то вдалеке я слышала обеспокоенные голоса, сквозь теневую завесу видела, что на нас никто не нападал, но откуда это паническое чувство внутри?
- Каддамах, - докричался до меня Зейд, - что с тобой?
- Н-ничего. – я изо всех сил постаралась сосредоточиться на его синих глазах.
Наш марш, если не остановился, то двигался очень медленно. Тьма меня отзывает. Не надо заставлять нервничать людей.
- Я сейчас вернусь, - процедила через силу Зейду.
На его лице заходили желваки, но он просто кивнул, ослабляя завхат, в котором держал мои плечи.
Я растворилась в тенях, но ушла не далеко. Как только остановилась, набат голоса Тьмы в голове стал невыносим. Балу это чувствовал, ему тоже было неприятно. Он сбросил меня в снег, пытаясь от чего-то отфыркаться. У меня не хватило сил даже подняться, и я просто свернулась в клубок.
Чёрт. Какого хрена так больно? Как будто разрывает изнутри. Я пыталась успокоить себя и Тьму, отрывисто делала маленькие вдохи, но всё бес толку. Голова сейчас взорвётся. Я, кажется, зарычала от боли.
Я лежала на снегу, который просто плавился подо мной. От ощущения испарины на лице становилось только хуже, отвратительно. Сбоку послышался шелест, не случайный, как бывает в лесу.
- Фарео, - облегченно выдохнула я.
Сражаться с кем-то из врагов в любом случае не смогла бы сейчас. А от неё угрозы я не чувствовала. Сейчас я вообще почти ничего не чувствовала, просто старалась удержать своё сознание на поверхности, а давалось это с огромным трудом.
Лемидийка бесшумно перетекла к моему лежащему на снегу телу, и опустилась на колени.
Как только её прохладные пальцы прикоснулись к моей голове, Тьма начала успокаиваться. Я от блаженства прикрыла глаза. Что за истерика это была? Как до меня постоянно добирается Зоркс? Я сейчас не могу даже вспомнить, когда это впервые сучилось.
Мои лихорадочные размышления прервало дыхание Фарео на моём лице.
- Ты что делаешь? – Всё ещё через завесу боли спросила я.
Сероглазая красотка ничего не ответила, а лишь слегка, почти невесомо своими губами прикоснулась к моим. Это было настолько странно, что я даже отвлеклась от того факта, что Тьма только что почти сорвалась.
Только я открыла рот, чтобы повторить свой вопрос, как она болезненно вцепилась в моё лицо, не позволяя его закрыть. Я почувствовала, как лемидийка вдыхает в меня… что-то.