На лице Ланкастера читалось ироничное одобрение, когда он, зайдя ко мне чуть позже в тот же день, в ленивой позе расположился в моих покоях, – как это сделал бы и Нед, – в то время как я с задумчивым видом беспокойно расхаживала по комнате.
– Молодец, Джоанна, хорошая работа.
– Что, правда?
Я сделала это. Я достигла всего того, что и намечала в эти первые дни правления Ричарда, обозначив свое место в королевском совете и показав этим гордым магнатам, что буду представлять важную силу в жизни короля, с которой нельзя не считаться. Что это
А необходимо это было всегда.
Многие назвали бы мои действия вмешательством. Я видела суровое осуждение на лице графа Марчского. Что касается жены для Ричарда, мне ли не знать, насколько это важно для могущественного человека? Я позабочусь о том, чтобы будущая королева соответствовала моему выбору – была красива, с хорошей родословной, способна к деторождению. Моему сыну нужна внушительная невеста, какой я в свое время была для Неда. Ричард будет самым востребованным женихом-принцем во всей Европе.
Я проанализировала то, что докладывали наши послы в европейских странах. Заслуживала внимания принцесса из династии Валуа, но ее кандидатуру сразу следовало отбросить, поскольку в Англии такая связь с извечным врагом поддержки не найдет. Предложение из Шотландии? Какая польза нам от альянса с шотландцами, еще одной нацией, к которой англичане не испытывают особой любви?
– По дипломатическим каналам до меня докатились непроверенные слухи, что герцоги Висконти из Милана вынюхивают возможность предложить Ричарду свою невесту, – с обманчивой беззаботностью сообщил мне Джон, когда я рассказала ему о своих мыслях. – Вторая жена Лайонела была Висконти, так что, я думаю, они хотят возобновить эту связь между нами.
Я бросила на него взгляд, не соглашаясь с таким вариантом, но и не отметая его, а потом просто обошла кресло, в котором сидел Джон, и положила руку ему на плечо в знак благодарности за внимание и доброту.
– Что ж, такое возможно. К тому же я, наверное, все-таки поторопилась, категорически отвергнув юную Анну. Если император Священной Римской империи вдруг отступит от своих французских симпатий и теперь, когда его жена-француженка умерла, начнет искать свои новые интересы в Европе, такой альянс может стать весьма привлекательным. Эта идея мне нравится.
Таким образом, я могла менять свое мнение. У меня была эта привилегия – поступать в интересах Англии. К тому же по части передумывать и менять свои решения у меня был богатый опыт, когда я выстраивала ход событий так, чтобы они в итоге сложились в мою пользу.
Я немного сжала руку на плече Джона, чтобы он почувствовал, что я хочу подчеркнуть.
– У нас есть и более срочные заботы. Мадам Перрерс, возможно, и лишилась своего влияния, однако ей до сих пор принадлежит нажитое неправедным путем, – заметила я. – Было бы намного лучше, чтобы эти средства наполнили сундуки моего сына, вместо того чтобы идти на обустройство ее многочисленных семейных гнездышек.
– Так ты ищешь во мне соратника по заговору против нее?
– А кого еще?
Впрочем, не будет никакого тайного заговора. Девизом моей души теперь стала полная легальность. Используя наш ресурс служителей закона, можно было бы выдвинуть против нее перед парламентом обвинение в хищении. А когда ее имущество будет изъято, наверное, можно рассмотреть вопрос и о ее высылке из страны. Я пока что не победила ни в одной личной битве с Алисой, однако с помощью Джона мне наверняка удастся выиграть всю войну в целом.
– Ты мог бы подобрать какое-нибудь назначение для ее мужа Уильяма да Виндзора где-то в Европе, – предложила я. – Например, Шербуру требуется новый губернатор, не так ли? Виндзор, возможно, и лишен моральных принципов, но делать дело он в состоянии. – Я невесело улыбнулась. – А Алиса могла бы наконец убраться из Англии, сопровождая его.
Встав и лениво потянувшись, Ланкастер поклонился и коснулся губами моих пальцев, после чего отправился запускать задуманное в действие, тогда как я, вполне довольная результатом, вернулась к выбору самого правильного и самого выгодного брачного альянса для нашего Ричарда.
Нед одобрил бы мои действия.
Моя искренняя благодарность моему агенту Джейн Джадд (Jane Judd), которую сложности жизни средневековой женщины захватывают так же, как и меня. При написании романа она постоянно находилась рядом, полная понимания и спокойного здравого смысла, готовая дать совет относительно порой неистового мира этого повествования.
