— Да-а, — кивнула и протянула Кли. — Сестренка Джинн сказала, что если злодеи придут, то Кли должна будет позвать старших, чтобы защитить крепость.
— А ты? — я вскинула бровь, внимательно смотря на ребенка.
— А Кли услышала шум и звуки битвы и поспешила вниз из мастерской, где решила приготовить новые бомбы против врагов, — тихо начала рассказывать девочка. — В холле рыцари сражались с пушистиками, и пришла тетя Мона! И Кли… решила помочь рыцарям! Пушистики пытались попасть в библиотеку тети Лизы! Если бы она узнала об этом, то была бы очень зла! Тетю Лизу лучше не злить! Но… Кли не хотела ломать крепость!.. — она вскрикнула, а на глазах вот-вот готовы были появиться новые слезы.
Было заметно, как сильно девочка расстроена из-за учиненных разрушений.
Я тяжело вздохнула.
Ребенок понял и осознал свою ошибку, увидев своими глазами все последствия поступка, и дальше давить на нее было бессмысленно.
— Чтобы такого не случилось в следующий раз, — я говорила спокойно, — лучше все-таки позови кого-нибудь на помощь. И думай, прежде чем разбрасывать бомбы где попало, ведь здание может не выдержать их силы. Или… — я протянула девочке руку, и над ладонью во вспышке воспарило перо, — или дай его Додоко, и если случится беда, то он позовет подмогу. Ветра обязательно услышат его.
Восхищенно вздохнув, Кли подхватила перышко и прижала к груди.
— Кли обязательно даст его Додоко! — закивала девочка. — Спасибо, тетя с крыльями!
— Можешь звать меня Фавонией, — я ласково улыбнулась малышке.
— Хорошо, тетя Фавония! — радостно сказал ребенок.
Я ей кивнула и подняла взгляд на смущенную Мону, которая не знала куда себя день и нервно переступала с ноги на ногу.
— Спасибо и тебе за помощь и реакцию. Ты хорошо постаралась, — я окинула девушку задумчивым взглядом, решая, давать награду и какую.
Но от моего пристального внимания астролог дернулась и отступила, опуская глаза в землю.
В принципе, выбора особого и не было — части из готового комплекта без проверки отдавать не хотела, так как не успела испытать и понять все его свойства, кроме того, что он заметно увеличивал силу резонанса с элементом носителя, насыщая высвобожденную стихию энергией. Грубо говоря — увеличивал элементальный урон. Так бы уже отдала его Джинн — я слишком благодарна девушке за ее поддержку.
Поэтому… Мона много пишет статей, и писчее перо, которое никогда не подведет, да еще и артефакт, будет к месту.
Я улыбнулась девушке и протянула руку с явившимся пером.
— Держи. Я надеюсь, что ты найдешь ему применение.
— А? — растерянно встрепенулась и выдохнула астролог. — С-спасибо, госпожа, — и приняла из рук артефакт, тут же пряча, чтобы не потерять.
— Вон она! — расслышала писк Паймон.
Она с Итэром и Дайнслейфом на хвосте поднялись к штабу Ордо Фавониус, и напряженный, даже решительный взгляд Путешественника мне совсем не понравился.
Я уже догадывалась, чего он хотел, но…
У меня еще оставались дела в городе.
Кивнула девушке и ребенку и отступила от них.
В легкой бирюзовой вспышке я исчезла из сквера, а в спину донесся возмущенный крик Паймон, которая ругала меня на чем свет стоит, что взяла и сбежала от них. Появилась у статуи Барбатоса, над его распахнутыми ладонями, смотря на встревоженный город, охваченный битвами и огнями.
Рыцари не дали врагам прорваться в город, а огонь погас под натиском дождя, который сильно помог против пиро магов Бездны. Но это не отменяло всех потерь защитников, их боль и пролитую кровь. Не отменяло храбрости простых граждан, которые отчаянно помогали у крепости или причала. И как бы ветра ни были на их стороне, но они оставались простыми смертными, сила которых была в их намерении.
Я зависла над ладонями статуи и прикрыла глаза, вскинув перед собой меч и легко выдохнув.
У меня оставалось мало сил, которыми могла лишь поделиться, вдохнув в людей волю, второе дыхание, чтобы собраться и окончательно отбросить противников от дома.
Возможно, так следовало сделать сразу, когда все началось, но я берегла энергию, ожидая столкновений с опасными врагами, на которых пришлось бы изрядно потратиться, и лишь послала ветра поддерживать рыцарей, оберегая и направляя.
Песня полилась медленно и тихо, охватывая воздух и разносясь по всему городу. В бирюзовых искрах, что вместе с дождем опадали на землю, на людей, и всего, чего они касались, и заряжали энергией.
