«…Графиня привлекла к себе голову старшей дочери и поцеловала ее, одновременно ударив ее кинжалом. Изабелла упала, не вскрикнув.В ту же секунду упала и ореховая дверь кабинета. Графиня Демерль выпустила из рук окровавленный кинжал и пошла прямо на людей, не видя и не слыша их».Кровь, интриги, коварство и безоглядная верность — всему нашлось место на страницах романа «Королева Жанна». Множеству героев предстоит пройти свой путь перед читателем. Долгий, увлекательный путь…
Книга, которую вы держите в руках, написана в течение десяти лет (1963–1973), на русском языке. Это мой родной язык.
Действие происходит в стране, которой в реальности нет и не было, ясно одно — это западноевропейская страна. Зато время вполне реально: действие начинается в 1575 году от Рождества Христова.
Итак — Западная Европа, 1575 год. Уже довольно давно открыта Америка, и уже известно ее нынешнее имя, хотя ее еще называют по старой памяти Вест-Индией. Уже стала фактом повседневной политики Реформация: половина Европы — католики, другая половина — протестанты. В Испании царит Филипп II, в Англии — Елизавета I, во Франции — Генрих III. Только что (в 1572-м) потрясла Европу Варфоломеевская ночь. Во Фландрии (будущие Голландия и Бельгия) принц Вильгельм Оранский ведет революционную войну. Народный герой Уленшпигель совершает свои ратные и любовные подвиги. Немецкий чернокнижник Иоганн Фауст взят Дьяволом (по одним данным) или все еще творит свои злодеяния и чудеса (по другим данным). Микеланджело умер, но Тициан в полной силе и блеске своей славы. Уже умер и Франсуа Рабле, зато уже родился Уильям Шекспир. Таков реальный фон, задник моей сцены.
Яркая, блестящая эпоха, прекрасное время. Ренессанс. Впрочем, всякая эпоха прекрасна, каждый век замечателен, знаете ли, даже
Теперь о месте.
Будучи школьником 5–6 класса, я играл со своими сверстниками и двоюродными братьями, как водится, в войну, но наши игры разворачивались в фантастическом, вымышленном пространстве. Так и появилась наша страна, да не одна, а целых три страны, связанных общими границами. Вот они, с запада на восток: Виргиния, Фригия, Македония. Названия были подобраны нами по принципу «слышал звон» (чего требовать от детей?), все эти топонимы можно найти на реальных картах, но мне не хочется менять эти имена на какие-то иные, ни на что не похожие. Поэтому не стоит связывать себя никакими ассоциациями, реминисценциями и коннотациями. Кроме того, имена вообще нельзя менять произвольно. Как у человека, так и у места — имя может быть только одно. В противном случае это уже не имя, а кличка.
Виргиния имеет все, что полагается иметь уважающей себя стране. Прежде всего, разумеется, пространство, то есть карту. Она помещена на форзаце книги, можете на нее взглянуть. Масштаба нет, но размерами Виргиния сопоставима с Францией. (Фригия, соседка Виргинии с востока, по территории не меньше ее, а Македония — существенно меньше.) Во-вторых, страна должна иметь историю, и, будьте уверены, Виргиния ее имеет. В тексте достаточно много об этом говорится. Далее, страна должна иметь религию — для XVI века что было особенно важно. Все три страны — христианские, но после Реформации отошедшие в сферу влияния протестантизма. В отличие от монистического католицизма, протестантизм разделен на несколько толков или ветвей: лютеранство, кальвинизм, англиканство и т. д., Виргинию, Фригию и Македонию объединяет религиозная уния: католиканство (термин не самый удачный, но его существование оправдывается его возрастом) — одна из разновидностей кальвинизма.
Наконец, жители страны должны иметь собственный язык.
Кстати, выдумывать язык совершенно ни к чему, когда на Земле их несколько тысяч (от трех до пяти — точнее никто не скажет), и все к твоим услугам. Я и воспользовался той возможностью. Конечно, на самом деле «фригийский язык» называется иначе, но я предпочитаю не раскрывать его инкогнито. На этом языке оформлен титульный список и заставка к карте Виргинии. В тексте неоднократно попадаются слова и фразы на фригийском языке (разумеется, с переводом). Все они грамматически правильны.
Текст разделен на пять книг. Каждой главе, каждой книге и всему роману — предпосланы эпиграфы, называемые motto (это слово есть в каждом европейском языке). Свои motto я старался брать из авторов, живших не позднее XVI века, в крайнем случае — XVII-го. Ни одного вымышленного motto нет.
А теперь — с Богом, за дело, Глубокоуважаемый Читатель. Надеюсь, что читать вам будет интересно. За этим ведь только и пишешь.
Motto I:
