– Стой! – Даркус бросился к ним, но опоздал: они были уже высоко.
Бакстер отважно ринулся в погоню, угрожая Лукреции Каттэр своим рогом. Она пнула Бакстера хитиновой ногой, и жук-носорог с пугающей скоростью стал падать вниз.
– БА-АКСТЕР! – завопил Даркус.
Лукреция Каттэр с хохотом исчезла под потолком театра.
Даркус кинулся к падающему с высоты жуку. Крылья Бакстера не раскрывались. Даркус понимал, что не сможет вовремя его подхватить и жук ударится о сцену. Всхлипывая, всё-таки он рванулся на помощь другу.
Вдруг около него оказался папа. Он кинулся к Бакстеру. Папа, на бегу вытянув руки, подхватил жука и, прижав его к груди, покатился по полу, охнув от боли.
Даркус подбежал к отцу:
– Папа? Бакстер? – Он упал на колени рядом с папой, торопливо вытирая слёзы. – Вы живы?
Бартоломью Катл осторожно раскрыл ладонь. На ней сидел слегка оглушённый, но вполне живой жук-носорог. Бакстер слабо помахал передней лапкой.
– Ох, Бакстер! Псих ненормальный! Ты такой храбрый жук! Я уже думал, конец тебе. – Даркус прижал жука к груди и склонился над ним, защищая спиной от всего света. – Никогда больше так не делай!
Бакстер улыбнулся Даркусу.
– Папа, ты его спас! Ты спас моего Бакстера! – Даркус просто сиял. – Я знал, что на самом деле ты за нас!
– Даркус, послушай меня. – Бартоломью Катл поднялся на ноги. – Я должен уехать с ней. С Лукрецией Каттэр.
– Что?! Но я же… Я же тебя спас!
– Да. Ты держался замечательно! Но ты видел, что она задумала. И уже начала выполнять. Дело не только в сегодняшней церемонии. Лукреция не остановится, пока не подчинит себе весь мир. – Бартоломью Катл сжал руку сына. – Я
Даркус молча кивнул. Папа сунул ему в карман какую-то бумажку.
– У неё есть секретная лаборатория, называется «Биом».
– Спрятана в окрестностях Амазонки, – сказал Даркус.
– Да! – Папа явно удивился. – И ты не ошибся насчёт Спенсера Крипса – она его там держит. Передай его маме, что Спенсер жив. Его заставили работать на Лукрецию Каттэр. Вот координаты. Он указал на карман Даркуса. – Мне их сообщил дворецкий Жерар, он на нашей стороне. Ты должен всем рассказать о том, что происходит. Начни с энтомологов, они тебе помогут.
Даркус встал.
– Папа, пожалуйста, защити Новак! Не позволяй Лукреции Каттэр засунуть её в камеру окукливания. Новак – мой друг, и ей страшно.
– Не позволю. Я тебе обещаю. – Бартоломью Катл осторожно положил руки Даркусу на плечи. – Когда мы с тобой спорили, я зря тебя не послушал. И насчёт жуков, и вообще. Прости. Они замечательные! Ты тоже замечательный!
Он обнял Даркуса вместе с Бакстером.
– Продержись ещё немного, и, если получится, спаси меня ещё один, последний раз. А потом мы снова будем вместе и нас ничто не разлучит. Даю слово.
– Я тебя буду спасать столько раз, сколько понадобится, – буркнул Даркус. В глазах у него стояли слёзы. – Мы с Бакстером будем тебя спасать.
– Я очень люблю тебя, сын, – сказал Бартоломью Катл, отступая.
Потом он повернулся и стал карабкаться вверх по лесенке, вслед за Данкишем, Крейвеном и Моулингом.
Хамфри и Пикеринг стояли на плоской крыше многоэтажного дома рядом с театром. Они сюда влезли по пожарной лестнице.
– Раз не получается попасть в театр с земли, попадём сверху, – сказал Хамфри, глядя на пропасть между двумя зданиями.
Их разделяли три метра в ширину и четырнадцать этажей в высоту.
– Смотри! – Пикеринг дёрнул Хамфри за рукав смокинга. – Вертолёт Лукреции Каттэр!
На крыше театра была посадочная площадка, и на ней стоял чёрный вертолёт с золотым скарабеем на боку. На месте пилота сидел француз-дворецкий.
– Вижу, – буркнул Хамфри. – А ещё я вижу здоровенный провал между этой крышей и той.
– Не такой уж и здоровенный. – Пикеринг почему-то непрерывно облизывался, не в силах отвести взгляд от вертолёта.
Хамфри показал на толстую цепь, натянутую вокруг посадочной площадки.
– Если ты сможешь добраться туда, завязать цепь вокруг вон той вентиляционной шахты и бросить мне свободный конец, то я смог бы перепрыгнуть. Цепь вроде толстая, мой вес выдержит.
Пикеринг наморщил лоб:
– А я-то как туда попаду?
– Я тебя переброшу, – сказал Хамфри.
Пикеринг даже рот раскрыл:
– Чего-о?
– Иди к дальнему краю крыши, а я встану тут. – Хамфри подошёл вплотную к низенькому парапету. – Беги ко мне изо всех сил и прыгай, как будто хочешь перескочить на ту сторону, а я тебе придам ускорение.
Брови Пикеринга поползли вверх, к самым волосам.
– Иначе никак. – Хамфри вытер нос тыльной стороной ладони.
– Надеюсь, ты постараешься меня бросить посильнее, да?
– Ну да.
– Ладно.
Пикеринг побрёл к дальнему краю крыши. Там он встал в стойку «низкий старт», как бегун на соревновании, задрав кверху зад и упираясь кулаками в гудрон.
– Погоди! – остановил его Хамфри. – Юбку в трусы заправь, а то мешаться будет.
