Дедуля с каким-то нечеловеческим всхлипом отхлебнул из пузырька, сунул его обратно в окошко и вытянул перед собой в жутком ожидании руки. Зелье подействовало так же стремительно.
— Ну, что ты там торчишь? — идя на второй круг, осведомился Жилло.
— Малыш! — объяснил Дедуля. — Малыш боится! Куда я без него?!
Тут в окне появилась и физиономия Малыша. Он выбрался на тот же карниз, но почему-то полез вверх по черепичной крыше.
— Зелье где? — рявкнул, подлетая, Жилло.
— Боюсь! — твердо отвечал Малыш, карабкаясь по такой крутизне, что Жилло, всяких пейзажей навидавшийся в горах, точно не рискнул бы...
Нарядная новенькая черепица вылетала из-под ног Малыша и срывалась во двор замка.
— Дедуля, сюда! — приказал Жилло, кружа над братцем-воришкой. — Куда он зелье девал?
— Да, наверно, в карман сунул... — неуверенно предположил Дедуля. Он только что попытался взлететь и рожа у него была совсем ошалелая.
— Как же мы у него из кармана пузырек вынем? — в отчаянии развел крыльями Жилло. — Нам же нечем!..
От такого жеста он чуть было не сбил ногами с крыши Малыша. Тот, скользя, хватался за черепицу — но не для того ж ее клали, чтобы за нее двести фунтов живого веса цеплялись и на ней висели! Естественно, черепица отлетала, и Малыш, уже довольно высоко забравшийся, ехал на пузе вниз.
Приехал он, понятное дело, к карнизу.
— Хватайся, дурак! — шепотом шумел Дедуля, порхая над ним. — Грохнешься же! Ну!..
— Боюсь! — твердил совсем ошалевший Малыш.
Тут произошло долгожданное — черепичина кого-то внизу треснула по затылку. Тот бедолага поднял голову — и увидел, как с крыши пытается свалиться некий злоумышленник, а над ним кружат не совсем птицы, однако и не люди.
А в чердачных окнах появились гвардейцы с мушкетами. Они поняли, что Жилло с братцами-воришками ушли через чердак, но кто ж мог предположить, что у преступников еще и крылышки вырастут?
Карниз был красивый, художественный даже карниз, но какой-то непрочный. Под ногой Малыша что-то затрещало и обрушилось. Повис Малыш на руках — и тут-то Дедуля догадался, как с ним быть. Он обхватил Малыша со спины под мышки ногами и, отодрав его от карниза, потащил вверх. Нельзя сказать, что ему это легко давалось.
Мимо свистнули пули.
— Немедленно доставай из кармана пузырь и пей! — приказал, подлетая, Жилло. — Иначе бросим тебя — и кувыркайся вниз, к чертовой бабушке! Ты же брата своего губишь, дурак ты невообразимый!
И так врезал бедолаге по уху крылом, что голова братца-воришки чуть с плеч не слетела.
— Боюсь... — в последний раз сообщил Малыш. И стал шарить в кармане.
Дальше уже было совсем просто — под одновременную ругань Дедули и Жилло он допил то, что оставалось в пузырьке, а сам пузырек бросил вниз. Но, когда руки уже стали крыльями, Малыш слезно взмолился, чтобы Дедуля его не отпускал. Словом, большого труда стоило Жилло и Дедуле поставить Малыша на крыло.
Поднявшись повыше, они поиздевались над суетой, которая поднялась во дворе Коронного замка, и не сразу заметили, что ветер сносит их к морю.
— Смотри ты, какое солнце красное! И здоровенное! — крикнул Жилло, не в силах бороться с воздушным потоком. — К непогоде!
— А когда солнце закатится и ночь настанет, что мы делать будем? — спросил Дедуля. — Из замка-то мы ушли, но надо же где-то и приземлиться!
— Летим вдоль берега, — решил Жилло. — Может, удастся опуститься на дюны.
Но это им не удалось. А солнце погружалось в воду с такой скоростью, какой Жилло отродясь ни разу и не видывал. Еще какое-то время после заката было видно друг друга. А потом небо резко помрачнело — откуда-то с севера шел шторм.
Ветер метался, как будто его норовили загнать в угол. И Жилло с братцами-воришками еле удерживали неумелыми крыльями высоту. Кроме того, они, все трое, перестали понимать, где берег.
— Нас несет в открытое море! — завопил Дедуля.
— Тоже неплохо, — бодро отозвался Жилло. — Может, вынесет к островам!
— Не донесет нас до островов, ой, не донесет!.. — заскулил Малыш, загребая крыльями по очереди, каким-то не птичьим, а вовсе собачьим стилем.
— Донесет! — рявкнул Жилло. Он вертел головой — но ни Дедули, ни Малыша уже не видел.
— Больно нужно было всякую дрянь хлебать! — упрекнул Малыш откуда-то снизу.
— Тебе, видно, в Коронном замке понравилось! По мне, так уж на дне морском лучше, — блеснул оптимизмом Жилло.
— Эй! Смотрите! Корабль! — обрадовался Дедуля. — Да вот же, прямо под нами! Спускаемся, ребята!
— А если сторожевой? — с сомнением спросил Жилло. — Как раз прямо в лапы и спустимся.
— Нет, это торговый. Все паруса убрал и болтается себе посреди залива. Спускаемся, — не унимался хлебнувший страху Дедуля. — Хуже не будет!
Жилло с сомнением покосился на него. И был прав — опуститься в бурю на гуляющую палубу судна, не имея рук, а лишь пернатые махалки, было делом, мягко говоря, интересным. Но махалки здорово устали.
