Нострадамус рассказывал всё произошедшее снова и снова. Принцессу уже искали, в лавке торговца оказался подземный ход, но у него было несколько развилок в нескольких местах, многие вели в тупики или делились ещё на некоторые, поэтому понять, куда повезли принцессу было невозможно.
Кое-как убавив гнев отца ― или просто переведя его в другое русло ― Франциск попросил Нострадамуса сопровождать его в ту самую лавку. Дофин, конечно, знал, что это за лавка и кто там торгует ― сестра как-то все уши прожужжала об этом, моля съездить с ней, потому что тогда отец и мать снова сильно поссорились, и Серсея не решалась подойти к ним с этой просьбой. Украшения у того торговца действительно были достойными, и помимо того, что Серсея накупила там разных драгоценностей, Франциск тоже подобрал подарок для матери и младших сестёр, и красивую брошь для себя, которая могла бы держать плащи на официальных приёмах.
Несколько солдат по трое до сих пор прочёсывали все возможные коридоры, но итог был неутешительным ― едва ли они просмотрели даже половину. А время шло неумолимо, и чем больше они теряли часов, тем дальше Серсея находилась от них.
― Разве Вы не можете увидеть, что произошло? ― спросил Франциск, оказываясь в самом начале подземного хода и с тоской понимая, что никаких явственных следов принцесса или её похитители не оставили. Нострадамус за его спиной покачал головой.
― Нет, ― глухо ответил он, пока Франциск медленно шёл вдоль стены, надеясь найти хоть что-то. Баша он с собой не взял ― просто знал, как относится Серсея к сыну своих родителей, и понимал, что она скорее сама себя прирежет, чем будет обязана спасению ненавистному брату. ― Я вижу будущее, но не прошлое.
― А где моя сестра окажется в будущем, Вы не можете увидеть? ― снова спросил Франциск. Конечно, вслепую надеяться на слова прорицателя было бы глупо, но когда ты идёшь в темноте, даже маленькая спичка ценится на вес золота.
― Я вижу только дерево, ― внезапно сказал прорицатель, и Франциск удивлённо развернулся к нему. При отце мужчина этого не сказал, и дофину не было известно, в курсе ли мать. ― Большой, раскидистый дуб, который не покрыт зеленью. Я вижу только его длинные, толстые ветви и то, как касаются они крыши из красной черепицы. Это, судя по всему, маленький невысокий дом где-то в лесу или рядом с ним.
Больше Нострадамус ничего не сказал и лишь тоскливо опустил голову вниз. Франциск поджал губы: конечно, он не мог послать стражу на поиски этого места, из описания которого он знал так немного. Отец, услышав бы об этом, скорей бы бросил Нострадамуса в темницу, решив, что тот издевается. Но и его слова нельзя было просто проигнорировать.
Франциск задумался, медленно идя вперед. Что-то в словах Нострадамуса было знакомо ― дуб, который не покрыт листвой в это время года. Старый дуб с раскидистыми ветками…
Дофин бросил взгляд на Нострадамуса, будто желая найти ответ у него, но вид потерянного и будто испуганного мужчины заставил задуматься о другом.
«Почему он…» ― начал было Франциск, но мысль так и не закончил. Отчасти потому, что не знал, о чём именно хочет подумать, а ещё от того, что слева от него что-то мелькнуло. Франциск медленно отвёл руку с факелом назад, потом обратно, и неяркий отблеск снова родился и быстро исчез в стене. Дофин зафиксировал положение руки с факелом и, не отрывая взгляд от этого слабого блеска, приблизился к левой стороне коридора.
Это был перстень. Перстень с ярким сапфиром, который Франциск знал очень хорошо ― он сам преподнёс его Серсеи в день её последних именин. Это кольцо весьма удачливо попало в маленький разъем земли, и так удачно попалось ему на глаза. Франциск подошел ближе и прищурился: непонятный мазок совсем рядом с ним, будто провели тонок кисточкой с краской. Хм…
Франциск двинулся дальше, внимательно оглядывая стены, а потом сделал то же самое, оглядывая пол. И тут его осенило!
― Ищите капли крови на полу! ― велел он застывшим солдатам. ― Главное, не затопчите их!
Серсея была умницей, его дорогая, догадливая сестра! Поняв, что из рук похитителей ей не вырваться, она составила им небольшую, а всё-таки подсказку ― капли крови выделялись на полу, пусть и неярко, и всё же. Прошло минут десять, прежде чем один из стражников нашёл маленький, дорогой камушек, который явно не мог появиться в этих туннелях просто так. Потом ― минут через пять ― другой, чуть побольше, явно из кольца. Похитители стремились скорее скрыться, и в этой спешке они не заметили, что делает принцесса. Дочь Екатерины Медичи была далеко недурной, и только что снова это доказала.
У Франциска появилась надежда.
***
Серсея редко впадала в панику. Она, выращенная под крылом сильной и суровой матери, безмерно любимая отцом-королем, редко чего боялась. Даже в детстве она не боялась разных монстров, искренне считая, что они не тронут дочь короля. Да и Екатерина её сразу учила ― чудищ нет, но люди под час ничуть ни лучше. От людей стоит ждать подвоха, и в них искать опасность. Не до фанатизма, конечно, но если человек тебе незнаком, то лучше относиться к нему с подозрением.
