Ага, ищи дуру. В тот момент я бы не рискнула даже подойти к маленьким зверенышам, в которых превратились мои воспитанные ученики, не то что поучать или наказывать. Мне здоровье дорого, да и жертвовать поместьем не планирую. Пришлось выдать каждому по ложечке мёда, выскребя банку до донышка, и отправить спать.
Зато наутро они честно извинились. И предложили выбираться из Катхема своим ходом.
«Осадим таможню и потребуем нас выпустить. На КПП точно должна быть еда» — трое парламентеров — Крис, Рон и Аннет — выразили всеобщее настроение. Пришлось напомнить две вещи: во-первых, на пешем пути к горам нас трижды успеют сожрать; а во-вторых, у нас тут не демократия, глас народа не учитывается. Вернут, как миленьких, а я залечу на каторгу за подстрекательство малолетних.
Так что если их не накормить — передерутся.
— Это голод, просто голод, — убеждала я подростков, готовя парные и купальни для пацанов. Они первыми рискнули саботировать гигиену, отговариваясь «более важными заботами о пище», но получили по шапке.
— Это скотство, — шипела осунувшаяся Элиза, разводя в бассейнах мыльную пену. — Он знает, что у вас нет защитника, потому и ведет себя как сволочь.
— Он ведет себя как подобает, — тихо спорила Роза, защищая дворянский уклад. — Если бы леди Макмиллан не встала на нашу сторону, за такую выходку каждый получил бы по тридцать розог.
— Да при чем тут мы?! Он её не уважает!
— Лорд может проявлять больше уважения к леди, если она выше него статусом. Если равна или ниже, он главнее.
— Бывшая королева выше него по статусу! Она из монаршего двора!
— Да, но… Помнишь, госпожа говорила, что на леднике титул не имеет значения и холодные ветра сорвут дворянские маски, как мишуру? Это правда. Титулов тут больше нет. Есть только очень голодный злой мужчина и одинокая слабая женщина. Расклад не в нашу пользу.
Я с уважением покосилась на леди Ховард. Быстрый и точный социальный анализ новой ситуации, пять баллов. Будь здесь Николь, добавила бы ответственность за детей и готовность их защищать, что одновременно подвергает женщину риску; материнский инстинкт у моей помощницы хорошо развит, она не забудет включить его в уравнение.
Делать нечего, придется идти за добычей самой.
На рассвете следующего дня весь табор от мала до велика заливался слезами. Меня провожали, как в последний путь, уговаривая не ходить или взять с собой хотя бы Рона. Предложение имело смысл ровно до того, пока Рон не буркнул: «Баста. Лучше Ксандра возьмите, я, кажись, перегорел». В доказательство своих слов Роланд попытался сотворить снежок, но лишь дунул холодным ветерком в лицо. Начали экспериментировать: оказалось, что почти все подростки выдохлись до нуля, выплеснув всю накопленную энергию на уничтожение учительского замка.
Открытие их потрясло, но ненадолго.
— Тогда не ходите! — вцепилась в меня руками Николь. — Не надо, пропадете.
— Лучше восстановимся и сами сходим. — солидарно шумели пацаны, а Влада согласно всхлипывала. — Денек, поди, потерпим, а?
— Через денек у нас в лучшем случае появится первая добыча. Ребята, поймите, ловля дичи в силки — не дело пяти минут, их придется проверять каждый день. И завтра, и послезавтра я с удовольствием возьму вас в эскорт, но расставить ловушки нужно сейчас.
— Мы лучше крыс наловим! — отчаянно предлагали подростки, прекрасно осознавая опасность.
Одинокой туристке без ледяного дара не выжить в лесу северных духов. Это понимала я, понимали дети, но в душе теплилась надежда. Эдгар сказал, что духи не станут рисковать будущей грандиозной трапезой ради быстрого перекуса костлявой дамочкой. Значит, у меня есть шанс вернуться живой и невредимой. Разве что немножко седой, но это ерунда. Лучше рискнуть, чем медленно сходить с ума от всепоглощающего желания жрать и детских голодных слез.
— А давайте мы его всем классом отлупим, и он быстренько пойдет с вами? — хмуро предложил Крис, с ненавистью поглядывая на второй этаж, где засел у магофона учитель.
Его громкие разговоры слышали все: сэр рьяно втолковывал неизвестным абонентам, что здесь не школа и не класс, а колония с малолетними идиотами и курицей-наседкой в придачу. И уважаемому королевскому педагогу в такой дыре делать нечего.
Надо же, неделя прошла, а маска благородного дворянина треснула и осыпалась крупными осколками.
— Дурак, что ли? — подивилась Лавиния. — Отправить с беззащитной леди разозленного лорда? Да и как мы его отлупим, если он профессиональный маг? Нападение на аристократа карается тюрьмой и огромным штрафом, если нападавшие несовершеннолетние, то платить будут наши родители.
Пока мне подавали шубу и натирали парафином лыжи, я как бы невзначай спросила:
— Лави, ты хорошо разбираешься в дворянских законах?
— Не особо, — нехотя повела плечом баронесса. — Просто читала криминальные новости и папин сборник единого свода предписаний для знати. В газетах часто пишут избранную меру пресечения или наказания, вот и запомнила. И просто интересно слушать старших, когда они между собой обсуждают необычные прецеденты. Все-таки лорд на своей земле — еще и высший судья.
