В этот момент Розамунда увидела, что Джоан стоит в стороне и внимательно наблюдает.
- Мне пора, увидимся завтра. Спокойной ночи, Уил, - торопливо проговорила она и, не дожидаясь ответа, поспешила прочь.
Подруга встретила укоризненным прищуром:
- Кажется, ты близко знакома с Уилом Крейтоном?
- Вовсе нет. Всего лишь танец, и ничего больше. Что-то не так?
- Должна предупредить, что он ужасный повеса и пытается заманить в свои сети каждую новую фрейлину. Правда, очень быстро начинает скучать и теряет интерес. Ну а бедняжки-то верят и надеются!
- О, спасибо за предупреждение. - Во взгляде Розамунды мелькнуло любопытство. - С тобой это тоже случилось?
Сердитый румянец Джоан послужил достаточно убедительным ответом.
Агата пошевелилась, пытаясь освободиться из-под тяжести крупного мужчины. Шевалье Арно де Вожира сладко спал, уткнувшись лицом в ее плечо и придавив сильным тренированным телом. Этой ночью он удовлетворил все ее желания; снова и снова возносил на вершину блаженства и удерживал там, как умел лишь он один, а потом одним искусным прикосновением заставлял погрузиться в темную пучину чувственного пресыщения. Когда же наконец позволил себе расслабиться, то сразу впал в забытье и без сил рухнул на утомленную играми возлюбленную.
Она погладила его по спине, с удовольствием ощутила рельеф мышц, вдохнула горьковатый запах волос. Волнистая прядь пощекотала нос, и Агата забавно чихнула.
Арно проснулся и провел по плечу теплыми губами. Агата шутливо оттолкнула его, пытаясь вырваться на свободу, но он со смехом держал, пока наконец не поднял голову и не пробормотал:
- Неужели успела от меня устать, милая?
- Ничуть, - ответила Агата и привлекла его к себе.
Он начал медленно, лениво целовать на прощание. Потом откатился в сторону и встал с постели. Агата села и прислонилась спиной к подушкам, с интересом наблюдая, как он подошел к золоченому столу у окна и начал наполнять серебряные кубки вином из хрустального графина. Стояла душная летняя ночь, но с реки в открытое окно залетал легкий ветерок.
Агата приняла кубок и коротко поблагодарила. Арно сделал глоток и тут же прильнул в пропитанном вином поцелуе, заставив вздрогнуть от удовольствия. Медленно выпрямился и посмотрел внимательно, с прищуром.
- Знаешь, милая, хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала.
Агата окинула голодным взглядом стройную обнаженную фигуру любовника.
Арно со смехом отступил.
- Нет, дорогая, не это. По крайней мере не сейчас. Хочу, чтобы ты выполнила одно поручение.
Агата разочарованно вздохнула и поднесла к губам кубок.
- И что же за поручение?
- Ничего утомительного. - Арно отступил от кровати и подошел к окну. - Хочу, чтобы ты занялась новой фрейлиной, маленькой мистрис Уолсингем. Постарайся подружиться с ней, предложи помочь освоиться в придворной жизни - не парадной, а настоящей. Стань наставницей в невинных развлечениях.
- Зачем?
- А затем, дорогая, что я намерен ее соблазнить, а потому хочу, чтобы ты выполнила предварительную работу и подготовила малышку.
Арно говорил, стоя лицом к окну, но каждое слово отдавалось в тишине комнаты безжалостным ударом колокола.
Наконец, пораженная до глубины души, Агата нашла силы произнести:
- Соблазнить? Но зачем?
Арно холодно усмехнулся:
- Чтобы получить девственницу.
Агата едва не задохнулась:
- Значит, меня уже недостаточно?
Арно повернулся и посмотрел серьезно, почти мрачно.
- Ты изысканна и великолепна, о большем трудно и мечтать, но иногда приходит желание обновить ощущения. Так вот, настало мое время.
Агата не смогла скрыть обиду:
- Мне это не нравится, Арно.
Он вернулся к кровати, склонился над Агатой и легко коснулся губами ее губ.
- Обещаю радовать и впредь, любовь моя. Поверь, я сумею доставить такие наслаждения, о которых ты даже не мечтаешь.
Агата облизнула пересохшие от волнения губы. Арно всегда выполнял свои обещания, и все же…
- Девочка слишком юна и чиста для тебя, Арно. Не мог бы ты… освежить восприятие… с кем-нибудь более опытным?
Арно категорично покачал головой.
- Это совсем другое дело.
Желтые глаза ягуара смотрели неотрывно, и вскоре Агата почувствовала, как ее сопротивление тает. Этот человек не только обладал удивительной властью - властью сладкой боли и наслаждения. Он не только понимал желания и потребности, как никто иной на свете. Главное заключалось в невозможности отказать ему в любой просьбе - даже в ущерб себе самой.
- Постараюсь, - наконец произнесла Агата. - Но вдруг так и не удастся ее склонить?
Красивое лицо Арно потемнело:
- Считаешь, что подобное вероятно?
Агата молчала. Нет, конечно, невероятно. Кто сможет противостоять неотразимым чарам Арно, если он решил победить?
Шевалье выпрямился. Молчание - знак согласия. Он снова посмотрел в светлеющее окно.
- Тебе пора, любовь моя. Светает.
