Эта надгробная речь паруснику вконец расстроенного адмирала оказала самое неожиданное воздействие на возбужденные нервы Николаса. Ему вдруг стало необыкновенно смешно. Он как мог старался подавить этот внезапный приступ веселья и почти уже в этом преуспел, но тут взор его нечаянно упал на Бризу. Девушка сдавленно хихикала, прикрывая рот ладонью. Тут уж Николас не выдержал и расхохотался во весь голос. Ему вторили Гуда, и матрос, что сидел на веслах, и Накор, и даже неулыбчивый Маркус. Из всех пассажиров баркаса не смеялись только Амос и Энтони, который все еще не пришел в сознание.
— Проклятье! Чему это вы все так радуетесь?! — взревел Траск, на глазах которого еще не успели обсохнуть слезы.
— Сами не знаем, — извиняющимся тоном ответил за всех Гуда. — Не серчайте на нас, адмирал. Наверно, это от пережитого. У всех у нас, я думаю, чуток помутилось в головах.
Сидевшие в ялике отозвались на это замечание новым взрывом смеха. На сей раз даже и сам Амос не удержался от улыбки. Еще через несколько мгновений он уже весело хохотал вместе с остальными.
Вдруг откуда-то сбоку послышался недовольный хриплый голос, показавшийся Николасу смутно знакомым:
— Простите, что мешаю вашему веселью. Но не соблаговолит ли кто-нибудь из вас протянуть мне руку?
Принц повернул голову на звук этого голоса и к неописуемой своей радости разглядел над волнами голову Гарри с прилипшими ко лбу и потемневшими от воды рыжими кудрями. Сквайр медленно плыл к баркасу, гребя одной рукой и придерживаясь другой за обломок мачты.
— Гарри! Так ты жив! — крикнул Николас и перегнулся через борт, чтобы помочь другу забраться в перегруженный баркас. — А я уж было подумал, что ты утонул!
Гарри втиснулся на скамью между Николасом и Гудой и потер ушибленное плечо.
— И очень этим опечалился, как я вижу.
Николас смущенно опустил глаза.
— Прости, Гарри. Похоже, мы все просто немного не в себе. Знаешь, ведь никто из нас, наверное, не сомневался, что мы потонем вместе с «Орлом». Это просто чудо, что нам удалось спастись.
Гарри задумчиво кивнул.
— А меня смыло за борт. Я видел, как «Стервятник» ткнулся носом в дно и решил уж было, что всем вам настал конец.
— Немногие из моих ребят его избежали, — печально вздохнул Амос. — Глядите-ка! — и он обернулся и указал на два других баркаса, которые старались их нагнать. — Эй! В шлюпках! — крикнул он матросам. — Мистер Родес с вами?
— Никак нет, капитан, — ответили ему. — Его убило мачтой.
— Сколько вас на баркасах?
— Двадцать семь на большом, да еще девятнадцать на малом, сэр.
— Есть у вас что-нибудь из провизии?
— Нет, сэр. На большом баркасе ничего.
Один из матросов с малого баркаса весело крикнул:
— А мы прихватили бочонок солонины, да еще другой с сушеными яблоками, капитан! Больше тут ничего не поместилось!
Амос с протяжным вздохом огляделся по сторонам и подытожил:
— Что ж, нам остается только благодарить богов за спасение и грести изо всех сил, чтоб добраться до берега засветло. Ведь через несколько часов стемнеет. — Он махнул рукой экипажам других баркасов. — Держитесь за нами!
Гуда и дюжий матрос налегли на весла. Амос повернулся к Калису.
— Ты у нас самый зоркий, эльф. Гляди теперь в оба, чтоб нам чего доброго не напороться на риф. Тут, поблизости от берега, они могут быть едва прикрыты водой. Следи за волнами. Ежели они в каком-нибудь месте расходятся надвое, то там наверняка будет торчать обломок треклятой скалы. Мы все их должны обойти, чтоб остаться в живых.
Калис молча кивнул. Впереди над каменистым берегом устрашающей необъятной глыбой высилась каменная стена.
— Интересно, что там, позади нее? — пробормотал Николас, вглядываясь в очертания скалы.
Калис пожал плечами.
— Колючие кустарники. А быть может, лес. Или равнина. Надеюсь, там достанет дичи, на которую можно поохотиться.
— Или город, где мы могли бы нанять комнату в трактире и обсушиться у огня, — стуча зубами, проговорил Гарри. Николас покосился на него и не смог сдержать улыбки: бойкий сквайр больше всего на свете походил сейчас на мокрую крысу.
— И где я могла бы купить себе новую одежду, — поддержала его Бриза.
— И раздобыться какой-никакой едой, — с ухмылкой прибавил Накор.
Баркас уверенно продвигался вперед, минуя на своем пути многочисленные рифы и мели. Небольшие волны легонько его покачивали и подгоняли к берегу.
Калис, сидевший на носу, внезапно насторожился и привстал со скамьи.
— Осторожнее! Поверните вправо! Здесь подводные скалы! — предупредил он гребцов.
Гуда, который сидел с левой стороны баркаса, стал усиленно работать веслом, матрос, занимавший место у правого борта, прекратил грести, но перегруженная лодка не успела еще сколько-нибудь значительно сместиться в сторону, как набежавшая сзади волна подтолкнула ее вперед. Послышался скрежет, и баркас резко остановился, словно упершись носом в невидимую стену. Калис и Маркус перелетели через борт и очутились в воде. Бриза расплакалась навзрыд.
