Они поднялись на верхнюю палубу. У самого трапа Ранджана и ее служанки нежились на солнышке под бдительным присмотром Бризы. При виде Николаса принцесса широко улыбнулась и с участием осведомилась о его здоровье. Николас, донельзя этим удивленный, пожал плечами, пробормотал в ответ нечто неопределенное и подозвал к себе скучавшего у борта Туку. По приказу принца возница созвал на палубу всех гребцов, а Праджи — наемных воинов.
— Я — сын принца Крондорского Аруты, — торжественно представился им Николас.
Лодочники и воины никак не отреагировали на его слова. Имя Аруты, как и название города, которым он правил, были им неизвестны.
— Мы ведь собирались потолковать о возвращении на берег и о деньгах, что нам причитаются, — напомнил ему Праджи.
— Для этого я вас и собрал, — кивнул Николас. — Вам всем известно, что мы преследуем корабль, который вышел из гавани прежде нашего. На счету каждая минута, и остановиться близ берега, чтобы вас высадить, мы не можем. Придется немного замедлить ход «Орла» и свезти на сушу в спасательных яликах тех, кто этого пожелает. — Из рядов наемников донесся сдержанный ропот. — Каждый из вас сию минуту получит то, что ему причитается, — заверил их Николас и, когда гул голосов стих, повернулся к Маркусу. — Принеси-ка сюда сундук с нашим золотом.
Маркус и Гуда направились к трапу. Николас обвел глазами всех наемников и гребцов и медленно, веско проговорил:
— А тех, кто хочет обеспечить себе безбедное существование до конца своих дней, милости просим плыть с нами дальше.
— Сколько же ты заплатишь тем, кто согласится остаться на корабле? — быстро спросил Праджи.
— Сейчас увидишь, — улыбнулся Николас.
Пыхтя и отдуваясь, Маркус и Гуда втащили тяжелый кованый сундук по ступеням трапа и поставили его у ног Николаса. Принц, отпер замок и откинул крышку. По рядам наемников и гребцов пронесся вздох восхищения. Никому из них еще не доводилось видеть такие несметные сокровища. Сундук был доверху полон золотыми и серебряными монетами и разноцветными каменьями, блестевшими и переливавшимися в ярком свете солнца.
— Тука, — сказал Николас, — отсчитай, сколько причитается тебе и твоим людям.
Маленький возница робко приблизился к сундуку и, поколебавшись, извлек оттуда небольшую горстку медных и серебряных монет и несколько самых мелких золотых.
— Здесь все, что ты обещал уплатить гребцам и мне, энкоси, — с поклоном произнес он я тотчас же принялся оделять деньгами своих товарищей.
— А теперь и ты, Праджи, возьми отсюда все, что я обещал тебе, Вадже и остальным воинам.
Праджи решительно прошагал к сундуку и выудил оттуда пригоршню монет заметно больше той, что взял Тука.
— Раздай солдатам их жалованье.
Праджи не замедлил выполнить распоряжение Николаса. Наемники и гребцы счастливо улыбались, пряча монеты в свои поясные карманы. Николас кивком указал на сундук.
— А теперь вы оба возьмите отсюда еще по два золотых драка для каждого из своих людей.
Это предложение было встречено бурей восторженных возгласов. Когда Праджи и Тука раздали все монеты, Николас не считая набрал из сундука большую пригоршню золота и каменьев и передал ее Праджи.
— Слушайте меня все! Те, кто согласится плыть с нами, получат все это и еще гораздо больше. Остальных мы высадим на берег. С ними мы в расчете.
Наемники и лодочники сбились в тесный кружок и принялись горячо обсуждать предложение Николаса. Им понадобилось всего несколько минут, чтобы прийти к решению. Каждый отвечал только за себя одного, и дело кончилось тем, что небольшая группа воинов и гребцов отошла в сторонку от остальных. Вид у этих отделившихся был несколько смущенный и виноватый.
— Принц, скажи, а далеко ли отсюда до твоей земли? Сколько это примерно ходу? — спросил Праджи.
— Чтобы туда попасть, надо переплыть Синее море, — отвечал Николас. — А это три с лишним месяца пути. Другой конец света, — с улыбкой добавил он.
Наемники посовещались еще несколько минут. Человек пять-шесть присоединились к той группе, что отошла в сторонку еще прежде.
— Энкоси, — с поклоном указал на них Тука, — эти люди нижайше тебя благодарят за твою к ним щедрость, но у них у всех есть семьи, и они не вынесут разлуки с женами и детишками. Не во гнев тебе будь сказано, но они желают сойти на берег.
— Так тому и быть, — кивнул Николас. — Мы их теперь же переправим на сушу в ялике. — А вы, значит, решили плыть с нами? — обратился он к остальным, с радостью отметив про себя, что их оказалось гораздо больше.
— Все как один, принц! — кивнул Праджи. — На другой конец света!
Николас быстро отдал приказание о спуске на воду ялика. Матросы стали готовить шлюпку, и принц, прежде чем идти к Ранджане, чтобы поторопить ее со сборами, повернулся к Праджи и с улыбкой кивнул в сторону его товарищей, пожелавших присоединиться к экипажу «Орла».
— Вот уж не думал, что среди воинов и лодочников столько холостяков.
— Ничуть не бывало, — усмехнулся Праджи. — Семьи есть почти у всех. Но многих разлука с женами и детишками нисколько не пугает, — он понизил голос,
— а некоторых так даже радует.
