Если твою семью прокляли, а родные умирают на глазах, то нет времени на раздумья. Поцеловать короля? Да хоть небесного гьерда, лишь бы они выжили! Но добраться до его величества не так уж и просто, поэтому я пройду отбор хранительниц для джаффаров, встречусь с правителем и таки поцелую его, чтобы избавиться от проклятия (а может быть, нет?!).Дворец полон тайн, отбор – опасностей, а мое прошлое, как выяснилось, темных пятен. Но ничто не остановит Адель де Виньетт на пути к цели! Ничто и никто.
Эльрих Драгнор
Версия с убийством не подтвердилась, но кто-то очень старался, чтобы мы в нее поверили. Улики указывали на смерть мага: много крови, следы борьбы, свидетели, слышавшие крики и как все разом стихло, будто оборвалось на высокой ноте. Но я отправил кровь на видовой анализ, и он показал, что на полу в башне магистра Оруэлла зарезали свинью. Впрочем, магу тоже пустили кровь, но скромненько. Без огонька. Едва ли чайную ложку, чтобы сбить с толку собак-ищеек. К тому же, не так просто бесследно уничтожить тело.
Свидетели путались в показаниях, подробный анализ «следов борьбы» показал инсценировку. К тому же, похитители забрали украшения из потайного сейфа, а мешочек с золотыми из книжного шкафа не тронули.
Инсценировка.
Причем довольно грубая, если присмотреться.
Магистра Оруэлла, самого заслуженного исследователя подмирья, похитили. Гвардейцы не обратили внимания, что большинство книг магистра подменили старыми, пыльными, внушительными, но совершенно бесполезными для старика талмудами по общей теории магии или вовсе танцах, истории костюма и свойствах трав. Значит, его похитили из-за разработок. Кто-то хотел, чтобы интерес к трудам магистра остался незамеченным.
В Беззубом Кейре было необычно людно для этого места. Желающих попасть на завтрашний отбор больше, чем мест в тавернах и постоялых дворах столицы, но для меня сразу же нашелся свободный номер. Мне вручили ключи от четвертой комнаты и предложили ужин.
Магистр Ксандра – худощавая пожилая женщина – работала с магистром Оруэллом и, судя по печали в глазах, была глубоко влюблена в коллегу. Она согласилась побеседовать и помочь мне с расследованием.
– Как вы думаете, в его исследованиях было что-то особенное? Возможно, он не обо всем докладывал Верховному колдуну и королю? Он работал над чем-то еще, параллельно?
Женщина обняла руками огромную деревянную кружку, глотнула травяного чая и подалась вперед.
– Милитас больше знал, вам бы с ним поговорить, но… – она погладила пальцем скол на краю кружки. – В последнее время он изучал не столько разрывы и сущностей, сколько… путешествия за грань.
Стиснул зубы. В памяти вспыхнул прощальный взгляд Лидии. Она была так счастлива, когда шагала на ту сторону. Она верила в теорию Оруэлла и думала, что вернется и войдет в историю, как женщина, навсегда запечатавшая разрыв. Войти-то она вошла, вот только обратно не вернулась.
– Это невозможно.
– Магистр пытался доказать, что не только возможно, но и…
Женщина нервно улыбнулась и осмотрелась.
– И?
– Что с той стороны могут прийти не только безумные твари. Он полагал, что их кто-то создал. Для какой-то цели, не находите?
Я тоже об этом думал, но за время существования разрывов никто не сталкивался с разумной тварью. Все они ведомы жаждой убивать и напрочь лишены мозгов, а некоторые еще и инстинкта самосохранения.
– И у него были доказательства.
Женщина кивнула, допила чай и добавила:
– Он вел записи своих исследований, я их не видела, но магистр рассказывал о своих подозрениях с таким жаром, что у меня не осталось сомнений. Он уверял, что через несколько месяцев представит королю отчет, который навсегда изменит историю мира. Но…
Женщина заплакала. Я протянул ей платок и скучающе ждал окончания истерики.
– Я не верю, что его убили, да еще и разбойники. Это невероятно, – всхлипнула она, вытирая щеки. – Если он жив, пожалуйста, найдите его… И Милитаса тоже.
Таинственного мальчишку, который, быть может, магистра и похитил. Хотел присвоить себе все лавры? Тщеславие загубило не один талант.
– Не могу ничего гарантировать, магистр, но сделаю все возможное.
Сунул подавальщице чаевые и поднялся в небольшую комнату с двуспальной кроватью, шкафом и тумбочкой у стены. Света не было, но нам с Джай он и не понадобится.
При мысли о наемнице настроение поднялось. Я скинул пыльную одежду, освежился в душе и устроился в постели, дожидаясь очаровательную любовницу. Но кто бы мог подумать, что Эрвин подсунет мне свинью.
Точнее, не свинью, а… олененка!
Оливия Штерн (Адель де Виньетт)
–
