Последние обломки еще не достигли поверхности, когда огненный шар из второго жезла Джосайи ударился о черепичную крышу и поджег карниз. Затем маг выбросил руку, будто схватив что-то. Под ними из воздуха появилась гигантская ладонь и схватилась за пешеходный мостик. Кулак сжался. Камни и известь посыпались в расселину.
Вокруг повсюду гремели другие атаки. Грифоны облепили город. На крытые здания, поджигая их, падали огненные сети. Призванные ветра и направленные дожди сносили строения из мрамора и известняка. Волшебные молнии струились из дюжин жезлов. Там, где они попали в тех, кто воображал себя защитниками, в небо поднимались клубы серого дыма, а на землю сыпались обуглившиеся кости. Те же, кто бежал по улицам, падали, задыхаясь в перистых облаках ядовитого газа.
Но погибли пока еще далеко не все лаодагмцы. Из башен, бойниц и переулков отвечали огнем. Огненные шары, бури из стрел, взрывы, смерчи, механические существа, молнии, призраки, даже несколько щуплых грифонов в небе. Когда Перегрин пролетал над задранным шипом, воздух впереди вспыхнул, раздался хлопок, как будто от разорвавшегося фейерверка.
И Перегрин увидел причину этого зова. Над главным зданием Лаоды вращались широкие, острые лопасти воздушной мельницы. Она раскрошит их в фарш.
Перегрин расправил крылья, чтобы свернуть. И в тот же момент с улицы проревел огненный шар, разорвавшийся прямо перед птицей-львом. Тот отдернулся от взрыва, возвращаясь на первоначальный курс. Лопасти мельницы были всего в миге от них.
Перегрин моргнул. Лопасти, казалось, останавливались. Можно попробовать проскользнуть… и надеяться, что защита Джосаи выдержит.
Он скользнул к мельнице. Джосая закричал. Глаза грифона распахнулись.
Лопасть промчалась прямо перед его клювом, так близко, что её кончик оцарапал ноздрю. Сжавшись всем телом, грифон рванулся в открывшееся пространство. Следующая лопасть задела заднюю лапу. Она проскрежетала по магическому щиту и неглубоко резанула его золотистую шкуру. Щит устоял, но столкновение отшвырнуло грифона и его наездника в сторону. Рядом просвистела еще один лопасть.
Перегрин пытался выпрямить полет, кувыркаясь в воздухе. Джосая изо всех сил цеплялся за него. Перед ними, как в калейдоскопе, вращались пылающие здания и разрушенные стены. Испустив напряженный крик, Перегрин выровнялся.
Пальцы Джосаи на рожке седла медленно расслабились. Он выпрямился, сделал вдох, и стал чертить жесты могущественного заклинания. Спустя два вдоха жесты были исполнены, а активирующее слово – произнесено. Он повернулся в седле и послал два сияющих разряда в самую середину мельницы. Разряды ударили одновременно, взорвав ось колеса.
Четыре лопасти сорвались. Одна пронзила главный купол под мельницей. Еще две разлетелись по сторонам, скашивая жителей и дома. Последняя полетела прямо вверх, вращаясь вокруг своей оси, и упала в мешанину развороченного мельничного механизма.
Перегрин во главе грифоньих колонн поднялся в бушующий шторм. Он глубоко дышал. Сейчас нужно было перегруппироваться, подготовиться к новому заходу.
Капли дождя стучали по щитам на их перьях и шерсти. Перегрин расправил крылья. Напряжение боя уже отпустило. Джосая мысленно приготовил новые заклинания.
Здесь, за краем летающего города, буря была черной и вездесущей. Ревущие ветра… бесконечная ночь… заложенные уши… Непроницаемая тьма нарушала чувство направления.
Испытав неожиданное головокружение, Перегрин ушел на вираж обратно к городу. Сильный поперечный поток воздуха сдувал дождь в сторону. Грифон изменил свой угол к ветру. Теплый восходящий поток окутал его. Накренившись, Перегрин продолжил разворот.
Его крылья потеряли воздух. Грифон и наездник полетели вниз.
Перегрин падал. Каждый взмах его крыльев только ускорял падение. Одно крыло зацепилось за хаотичный поток, но второе хлестало в пустоте.
Джосая ухватился за упряжь. Держась за седло и свои жезлы, он начал выкрикивать слова заклинания в неверный воздух. Бесполезно.
Они кувыркались, падая.
Вниз… наконец-то Перегрин смог отличить низ от верха. Он сложил крылья, нырнул вперед клювом, а затем расправил оперение. Перья нашли опору, и грифон вынырнул из пике.
Он сделал глубокий вдох, успокаиваясь.
Ни грифон, ни его наездник земли не видели. Перегрин поднял глаза к парившему сверху городу. Его окружали тусклые золотые точки – готовящиеся к новой атаке грифоны.
