Я улыбнулась. Ну конечно! Та худышка с Костров!
— Она очень милая, — похвалила я.
— Она чудесная, — просиял парень. — Учится на законоведа, умная! И знает много!
— Просто прелесть. Значит, Тензия в прошлом? — поддакнула я.
Томас покраснел и сгорбился, снова становясь собой.
— Тензия? Хм… Знаешь, Аддерли, я подумал, что надо пообщаться с кем-то, кто увидит во мне не только ученика. Или… друга.
Я моргнула. А это он сейчас о чем? Вернее, о ком?
Приятель поправил ремень сумки и быстро ушел, а я осталась размышлять.
Настроение почему-то испортилось. На уроках я была невнимательна, умудрилась несколько раз перепутать слова чароита, забыть заклинание изменения жидкого вещества в твердое и даже заработать еще два штрафных балла за рассеянность.
Мысли постоянно возвращались то к подслушанному ночью разговору, то к белесому существу, бродящему по ВСА, то к Эшу и тому, что между нами случилось. И я никак не могла понять свое отношение к этому. От картинок в моей голове горели щеки и тело тряслось в странном лихорадочном ознобе. И я или плавилась от эмоций, или пугалась последствий.
«Это не должно повториться», — пообещала я себе, устав от изматывающих эмоциональных качелей.
Не должно!
«Описание эксперимента.
Результаты эксперимента:
Утром после секса с пустышкой уровень моего потенциала составил 90 единиц. И это максимальный показатель, начинаяс 5 октября. Возможно, ночью он достиг и более высокой величины, но замер не был произведен.
После разговора в столовой уровень снова снизился до 72 единиц.
После моих вопросов сегодня утром до 67.
Произошло ли это в результате того, что пустышка расстроилась или разозлилась?
На данный момент можно утверждать, что близкий контакт с ней дал максимальное количество притока чар.
Для подтверждения или опровержения теории взаимосвязи моего потенциала с настроением пустышки необходимы дополнительные эксперименты и близкая связь с ней».
Перечитал написанное, отодвинул дневник и задумался. Неужели я прав и моя безумная идея реальна? Пока выходило, что так и есть — мой потенциал каким-то невероятным образом зависит от девчонки из Котловины.
Нужны дополнительные исследования и новые… связи. С ней.
Горло пересохло мгновенно, стоило вспомнить. Какая она была нежная… Какая трепетная. И чувственная. Капли воды на ее коже. Распухшие губы. Робкие ласки… Наслаждение — тугое, горячее… И мои эмоции, которые я не могу удержать в рамках беспристрастного исследования!
Хоровод картинок в голове мучил образами. Снежные ресницы… Пустышка в коридоре ВСА… или возле Костров — пляшет, хохочет, запрокинув голову. Такая… дикая. И сразу следующий образ — в душе. Сладкая и разнеженная горячими струями и моими губами.
Тело мучительно напряглось, требуя удовлетворения.
Потер переносицу, пытаясь вернуть спокойствие. Но какое, к тварям бездны, спокойствие, если от одной мысли о пустышке все мышцы свело от напряжения, а в паху тянет тяжело и даже болезненно? Я дико хочу… новых экспериментов. Хочу до пересохшего горла и каши в голове!
Со злостью встал, скривился. Проклятие… все дело в ней. В этой связи с девчонкой! Не знаю, что за магия связала нас, но лишь она виновата в моем состоянии. В моей порочной и неконтролируемой тяге к этой девушке!
Щелкнул зачарованным замком на обложке дневника и убрал его в ящик. Чтобы вывести кривую моего потенциала, нужно больше данных. А значит… Значит, Аддерли должна прийти ко мне. Немедленно! Предвкушение заставило облизнуться. Хочу… на столе. Или на полу. Или у стены… Надо хоть немного остыть! И попытаться вспомнить, для чего мне пустышка… Надо!
Прошел в ванную, плеснул в лицо холодной водой. И, уже возвращаясь в комнату, услышал треньканье сообщителя. На мраморную подставку выкатился из полой трубки стеклянный шарик. Легкое заклинание разрушения, и вместо бусины — бумага с фамильным гербом. Я досадливо вчитался в резкие строчки отцовского почерка. Впрочем, сообщение как всегда оказалось коротким.
«Советник Клиффорд отвез сына в королевский лазарет. Ты избил парня до полусмерти. Я разочарован. Забудь о новом мобиле, который был обещан тебе к Ночи Тысячи Свечей».
