Королевство душ полностью

Мой желудок сжимается, когда я вспоминаю змей, обвившихся вокруг кистей Безымянной. Мысль о том, что моя сестра может быть оришей, была бы нелепой, не будь я свидетелем того, на что способна Эфия. Теперь я знаю правду о демонах и понимаю, что эта ориша стала Безымянной не случайно.

Но когда я вижу горе моих друзей, чувство вины заставляет меня вернуться мыслями к настоящему. Они хотят ответов, и мне есть что им рассказать. Настала моя очередь говорить правду, и мне трудно подобрать нужные слова. Сложно передать, какое потрясение испытывают мои друзья, когда я говорю им, что Эфия – моя сестра. Демон, а не ориша. Казалось бы, груз должен упасть с моей души, но ужасные новости о племенах и Королевстве погружают меня в отчаяние.

Не произнеся ни слова, Эсснай и Сукар останавливаются как вкопанные. Мимо нас проходит группа ученых. Я отвожу глаза, не в силах выдержать напряженные взгляды друзей. Внутри меня просыпается стыд.

– Твоя сестра? – шипит Эсснай, и ее лицо искажается от отвращения. Я опускаю голову, и жар ползет по моей шее.

Сукар смеется:

– Вот это поворот.

Мы ругаем нашего друга за несвоевременные шутки, но сейчас приятно видеть, что к нему вернулось чувство юмора. Пока мы идем к Храму, они задают бесконечные вопросы. Я рассказываю все, что знаю. Мы проходим по темному переулку, и волосы у меня на затылке встают дыбом. Магия согревает мои вены. Татуировки Сукара сдвигаются, как кусочки головоломки. Узор плавно меняется. Теперь большую часть его лба покрывает шипастый круг, а на щеках сияют сложные символы племени Зу.

Поймав мой взгляд, он пожимает плечами.

– Подарок моего дяди перед смертью.

Мы обращаем наше внимание на вход в переулок, но я уже знаю, что там. Воздух смердит демонической магией. Сукар достает свои серпы, а Эсснай готовит посох. На этот раз наши противники – не племенные мальчики, которые едва владеют магией. Мы будем сражаться с настоящими демонами. Магия вождей придает мне уверенность, но глупо полагаться исключительно на нее. Глупо доверять магии и чувству ложной безопасности, которое она внушает. Но я определенно рада тому, что она у меня появилась.

Мы выходим в переулок, и я вздрагиваю. Там стоит старая женщина-ученый, которая приходила в лавку моего отца, чтобы продлить свою жизнь. Рядом с ней лежит мужчина. Она присаживается на корточки и раздвигает ему губы. Рот ученого открывается, как зияющая дыра – в точности как у моего отца в ту ночь, когда Шезму забрал ка детей.

Не могу пошевелиться. Не могу дышать. Она вытягивает ка мужчины из его дергающегося тела. Его душа сочится из уст тонкой струйкой серого тумана. Эсснай тихо ругается, а Сукар цокает языком. Демон поворачивает голову и улыбается.

– Какая удача, – говорит он скользким голосом.

Демон вытирает рот, неторопливо поднимаясь с земли. В женщине ничего не осталось от прежней личности – в ее демонических глазах лишь жадность и ненасытный голод. Внутри меня ка могущественных колдунов. У меня больше магии, чем я когда-либо могла себе представить. С ее помощью я могу видеть сквозь время, вызывать огненные бури, путешествовать по миру духов, управлять другими ка и исцелять. У меня теперь так много способов сразить демона, что голова идет кругом. Прежде чем я успеваю принять решение, сквозь грудь демона проходит изогнутое лезвие. За спиной ученого стоит фигура, скрытая тенью. Фигура напрягается, и скимитар пронзает ее насквозь. Демон удивленно смотрит на нас, приокрыв рот. Затем он переводит взгляд на клинок, что блестит от крови.

– Еще один демон на моем мече, – поет Тэм. – Еще одна награда на моем плече!

Тэм вырывает меч из спины демона, и женщина падает на землю.

Не раздумывая, я бросаюсь к Тэму и сильно толкаю его в грудь.

– Ты сказал Руджеку, что я отправилась в долину Алу! – кричу я. – Как ты мог!

Тэм щурится, словно не узнал меня с первого взгляда. Я ощупываю языком то место, где должен быть недостающий зуб, и чувствую, как у меня по шее ползет жар.

– В день пожара я был в Храме, – говорит Тэм, нахмурив брови. – Когда стало ясно, что визирь собирается изгнать жрицу Ка, я услышал от нее, что она отправится в долину Алу.

Я едва сдерживаю слезы. Не знаю, говорит ли он правду. Очевидно, это очередная уловка моей матери. Должно быть, она знала, что новость так или иначе дойдет до ушей Руджека.

– Либо она солгала тебе, – говорю я, – либо это ты сейчас мне врешь.

– Мне очень жаль, – говорит Тэм безразличным голосом, стряхивая кровь с меча.

– Как бы ни было больно это признавать, но Тэм очень помог мне, – вставляет Сукар, морща нос. – Он предупредил нас, что город наводнили демоны, которые убивают людей. Тогда об этом никто даже и не задумывался.

– Откуда ты это узнал? – говорю я, зудя от желания сжечь Тэма своей новой магией.

В ответ он лишь вскидывает голову:

– Ты сама мне об этом сказала. В тот день в Храме, когда мы разговаривали о зеленоглазом змее. Я тогда ответил тебе, что ориши так называют демонов.