— Ты, Наиславнейшая, посетила наш простой дом, благословила пищу и кров, детей благословила! Это такая великая честь для нас! Внукам рассказывать будем, а они своим внукам! — ни хрена себе, наследила в Абекурской истории!..
— Берти, зачем? — мы уже спустились с холма, и сильный Орго, меланхолично ступая копытами по узкой тропе, везёт туда, откуда мы вчера явились. Я удобно устроилась впереди главного седока, а он одновременно удерживает поводья коня и меня с обеих сторон.
— Что, зачем?
— Зачем обманывать людей? Знаешь же, что я никакая не Дадиан! Мог бы сразу правду сказать!
— Какую правду, любимая? У каждого она своя! — не понимаю, к чему ведёт, а он продолжает, — вот ты резаные бумажки считаешь деньгами, думаешь это правда. А золото — не деньги, слишком хлопотно. Ты веришь в фантики, и они тебе помогают.
— Ну, так правда же, куда без них? Ни еды не купишь, ни одежды!
— Вот и люди тебя богиней считают, и не важно, что считаешь ты! Твоё благословение им в радость, верят, и значит, оно работает!
— А ты веришь, Берти? Ты сам в меня веришь? — ну, давай, признайся уже! Довольно играть со мной в эту странную игру!
— Я только в тебя и верю, любимая! — чувствую, как его крепкая рука прижимает меня к груди, как он, горячо дыша, целует мой затылок. Вот и поспорь! Но мне понятно, о чём он, сама такая,
— И я верю в тебя, Берти! С первого дня, с самого первого взгляда!..
Мерный ход Орго настраивает на релакс, даже языком ворочать не хочется, прижавшись к надёжной груди, просто созерцаю окрестности, иногда впадая в дрёму, вообще, заметила, что в этом краю очень благотворный сон. То ли воздух насыщен озоном, то ли ароматы местных трав так дурманны, но сплю здесь, как убитая. Вот и сейчас укачало. Всё проспала, и красивое озеро в том числе, где мы вчера делали привал, а хотелось ещё там побывать. Очнулась только когда Берти стал снимать меня с лошади.
Закатные лучи тёплого Абекурского солнца ещё ласкают листву и травы, но уже вечереет, и нам пора возвращаться обратно в холодную и неприветливо-серую зиму.
Я стою и ловлю остатки тепла, прежде чем последовать за любимым в уже знакомый грот. Мне надо быть очень внимательной и многое запомнить, всякое может случиться, и я не должна быть головной болью и обузой для Кости. Всё надо уметь самой.
— Берти, что значит «трёхдневная привязь»? — сразу хотела спросить, да позабыла.
— Вот, смотри, — Костик берёт палку и втыкает в землю, разматывает верёвку, которой нас снабдил Тео, привязывает к получившемуся колышку, — длина привязи такова, что лошади хватает травы в её пределах на три дня. Когда Орго всё выщиплет, до чего достанет, то потянется дальше, — снимает с коня уздечку, а верёвку другим концом крепит к седлу на какой-то хитрый узел, — он легко развяжется, и Орго сам вернётся домой.
— Откуда ты знаешь?
— Матео специально дрессирует своих лошадей. Старая хитрость, его Джакопо научил.
Так не хочется лезть в тёмный сырой грот, но делать нечего, надо. Пробравшись по камням в нужное место, мы одеваемся в свои куртки, они стали противно влажными и неприятными. Замечательные башмачки я упаковала в седельную сумку, чтобы Орго вернул их Мирее назад, вдруг к ним заплутает ещё какая-нибудь незваная богиня с маленьким размером ноги.
Костик уже у входа в портал, с этой стороны он представляет из себя косую расщелину в скале, которую просто так и не заметишь, распределяет обязанности,
— Тебе придётся держать мешок с золотом, а я буду держать тебя.
— Может, ты возьмёшь золото, а я сама буду за тебя держаться?
— Плохая идея, — отказывает мой руководитель.
— Если оторвусь, вынесет не туда?
— В этой воронке один канал, так что не туда вынести не может, просто ты слишком лёгкая, поэтому можешь летать здесь бесконечно, как твоя шапка теперь.
— И ты доверяешь мне ценности? А если не удержу? — такая ответственность, не уверена, что справлюсь.
— Самая главная ценность — ты, поэтому я тебе и не доверяю её, а золото если потеряется, переживём.
— Я люблю тебя, милый! — так приятно слышать, что я дороже золота, но Костик отрезвляет мой порыв,
— Главное узел затянуть покрепче, чтобы не рассыпались монеты, мешок маленький и тяжёлый, так что его вышвырнет из воронки ещё раньше нас, если даже не удержишь.
Сразу понимаю всю ответственность,
— Нет уж, вцеплюсь мёртвой хваткой! Не хватало ещё, чтобы наши монеты достались той бестолковой продавщице! — любимый смеётся. Всё готово к возвращению, — бррр, как не хочется, — но он неумолим,
— Пора! — и затягивает меня в портал…
