— Я не был причастен к этому разговору. Меня сюда быстро отправили. — вспышка раздражения. — Но Маэва каким-то образом имеет… влияние на Эравана.
— Что случилось с Железнозубыми, расположенными здесь, в Ферианской Впадине?
— Отправились на север. В Террасен. Им было приказано присоединиться к легиону, находящемуся на пути после разгрома армии на границе, а затем в Перранте.
О боги. Ей пришлось потренироваться, чтобы обуздать рев в ее голове.
— Сто тысяч солдат идут на Оринф, — сказал Вернон, посмеиваясь. — Этого твоего огня будет достаточно, чтобы остановить их?
Аэлина положила руку на рукоять Златинца, ее сердце гремело.
— Как далеко они от города?
Вернон пожал плечами.
— Они были в нескольких днях пути после того, как легион Железнозубых ушел отсюда.
Аэлина считала расстояние, местность, размер собственной армии. Они будут в лучшем случае через две недели — если погода не помешает им. Две недели через густой лес и вражескую территорию.
Они не успеют.
— Маэва и Эраван идут к ним?
— Я бы так предположил. Не с начальной группой, по причинам, которые мне не сказали, но они поедут в Оринф. И встретятся там с тобой.
У неё во рту пересохло. Аэлина поднялась.
Вернон нахмурился на нее.
— Разве ты не хочешь спросить, знаю ли я о слабостях Эравана или каких-то сюрпризах, которые тебя ожидают?
— У меня есть все, что мне нужно знать. — она дернула подбородок к Фенрису и Гавриэлю, и тот отошел от стены, чтобы открыть дверь. Последний, однако, снова начал затягивать цепи Вернона. Привязывая его к стулу, привязывая его руки к спинке стула.
— Разве ты не собираешься освободить меня? — потребовал Вернон. — Я сказал тебе то, что ты хотела.
Аэлина шагнула в зал, заметив ярость на лице Лоркана. Он слышал каждое слово, включая ее клятву не позволять ему убивать Вернона.
Аэлина бросила Вернону кривую улыбку через плечо.
— Я ничего не сказала об освобождении тебя.
Вернон замер.
Аэлина пожала плечами.
— Я сказала, что никто из нас не убьет тебя. Это не наша вина, если ты не можешь выбраться из этих цепей?
Кровь прилила к лицу Вернона.
Аэлина тихо сказала:
— Ты приковал цепью и запер моего друга в башне на десять лет. Давай посмотрим, как тебе понравится этот опыт. — она позволила своей улыбке вспыхнуть. — Хотя после того, как с тренерами здесь разберутся, я не думаю, что будет кто-нибудь, кто сможет тебя накормить. Или принести тебе воды. Или даже услышать твой крик. Так что я сомневаюсь, что ты доживешь до десяти лет до того, как тебя настигнет конец, за два дня? Три? Я смогу принять это, я думаю.
— Пожалуйста, — сказал Вернон, когда Гавриэль потянулся к ручке двери — чтобы закрыть человека внутри.
— Мэрион спасла мне жизнь, — сказала Аэлина, удерживая взгляд мужчины. — И ты радостно поклонился человеку, который ее убил. Возможно, даже сказал королю Адарлана, где нас найти. Всех нас.
— Пожалуйста! — закричал Вернон.
— Тебе следовало сберечь ту кружку эля, — все, что сказала Аэлина, прежде чем она кивнула Гавриэлю.
Вернон начал кричать, когда дверь закрылась. И Аэлина повернула ключ.
Тишина заполнила зал.
Аэлина встретилась с широко раскрытыми глазами Элиды, Лоркан был дико доволен ею.
— Это не будет быстрым, — сказала Аэлина, протягивая ключ Элиде. Остальная часть слов висела между ними в воздухе.
Вернон продолжал кричать, умоляя их вернуться и освободить его.
Элида изучала запечатанную дверь. Отчаянного человек за этим.
Леди Перранта взяла протянутый ключ. Положила в карман.
— Мы должны найти лучший способ запечатать эту комнату.
— Наши худшие опасения подтвердились, — сказала Аэлина Ровану, склонившись над перилами одного из балконов Северного Клыка, вглядываясь в армию, собранную на дне Ферианской Впадины. К тому месту, куда теперь направлялись их спутники, задача постоянного изолирования камеры, в которой сидел Вернон, прикованного цепью, завершена. Куда они должны пойти тоже. Но она остановилась здесь. Взяла момент.
Рован положил руку ей на плечо.
— Мы встретимся с ними вместе. Маэвой и Эраваном.
— А сто тысяч солдат, идущих на Оринф?
— Вместе, Огненное Сердце, — все, что он сказал.
Она разглядела только столетия тренировок и крутой расчет в его лице. Эту нерушимую волю.
Она положила голову ему на плечо, ее спина опиралась на легкие доспехи.
— Мы сделаем это? И все, что останется?
Он убрал волосы с ее лица.
— Мы постараемся. Это лучшее, что мы можем сделать. — слова командира, который веками сражался на полях убийств.
Он соединил их руки, и они вместе смотрели на армию внизу. Клочок спасения.
Была ли она дурой, потратив эти три с трудом завоеванных месяца своей магии на эту армию, а не на Маэву? Маэву и Эравана? Даже если бы она начала копить сейчас, это не могло бы быть так же сильно.
— Не обременяй себя тем, что произошло, — сказал Рован, читая слова на ее лице.
— Я не знаю, что делать, — тихо сказала она.
Он поцеловал ее в макушку.
И когда ветер пронзил пики, Аэлина поняла, что у ее мэйта, возможно, тоже не было решения.
Глава 81, часть 1
