— Что это? — сказал человек из руин. Кто это выживший или стражник? Если он жив, она должна помочь. Он может быть в ловушке. Но если он стражник…
Рука зажала её рот. Аврора ахнула, но ладонь поглотила звук. Она толкнула локтём, сжалась, потянулась к огню…
— Тихо, Аврора, — прошептала на ухо ей похитительница. — Это я. Крапива.
Певица из «Танцующего Единорога». Она должна быть в Петрикоре, а не скрываться в лесу, не хватать Аврору в темноте.
— Не двигайся, — сказала она так тихо, что Аврора едва чувствовала её дыхание у уха. — Два стражника на той стороне, — она ослабила хватку и потянулась за чем-то на земле. Аврора не видела, что она делала, что чувствовала руку Крапивы в воздухе мимо щеки. Небольшой глухой звук, стон дерева — и одно из обугленных зданий содрогнулось.
Два стражника показались в поле зрения с высоко поднятыми над головой факелами. Пламя осветило обломки — обугленные обломки дерева, что ударила Крапива.
Что-то скрипнуло. Стражник взглянул на дом и раздражённо выдохнул, второй осматривался.
— Я что-то слышал, — сказал он.
— Это просто лучина, — отмахнулся первый.
— Надо убедиться.
Крапива вновь зажала рукой рот Авроры, но в этом не было нужды, так как она едва дышала от страха.
Второй стражник посмотрел прямо на них. Может быть, он их не видел, не в сиянии факела, когда воздух наполнен дымом, но это длилось мгновение, и он смотрел за лесом.
Что-то рассекло воздух. Первый стражник пнул лучину. Он вновь ударил её, и дерево затрещало.
— Что делаешь?
— Доказательство, — фыркнул первый. Он пнул её третий раз, и сажа вновь взмыла в воздух. — Они скрипят, шатаются. Тут только мы.
Лучина вновь заскрипела, в согласии.
— Я до сих пор считаю, что нам надо осмотреться.
— Хорошо, — кивнул первый. — Ты это сделаешь. А я сяду у тепла с ромом и уделю этому зданию то внимание, которого оно заслуживает. Будучи девушкой, ты б вернулся сюда? Нет!
Он зашагал прочь. Второй стражник ещё раз осмотрел дерево, прежде чем последовать за ним.
Крапива ослабила хватку.
— Быстро, — шепнула она. — Ступай мягко.
Аврора колебалась. Она понятия не имела, что Крапива тут делала, но та могла помочь ей уйти от стражи, и Аврора подчинилась. Крапива не могла привести её в место опаснее, чем это.
Они ползли по лесу. Крапива тянула Аврору за запястье. Никто не говорил. Аврора содрогалась каждый раз, когда задевала ветку или шуршала в траве, но лес вокруг них переполнился шумом — уханьем совы, пробиранием существ через папоротник. Человеческих голосов не было слышно, не видно факелов и не заметно признаков преследования.
— Мы должны идти открыто, — через час молчания промолвила Крапива. — Труднее отследить по полям, меньше рваных веток.
Вода клокотала перед ними. Земля кренилась вниз, лунный свет скользил по ручьям.
— Чтобы собаки не взяли след, — Крапива вошла в воду. Аврора последовала за нею. Вода пропитала обувь, охладила больные ноги и волдыри.
Поток вывел их из леса на открытые холмы. Отары овец спали в траве, но не было никаких зданий и признаков человеческой жизни.
— Тут безопасно разговаривать? — спросила Аврора.
Крапива отпустила её запястье.
— Да. Спокойно. У тебя должно быть много вопросов.
У Авроры было столько вопросов, что говорить она не могла. Крапива даже не намекнула, почему она тут, что случилось в деревне. И единственными словами Авроры было «как ты меня нашла».
— Это было просто. Повезло, что ты сбегала от стражи вот таким образом.
— Ты следила за мной? С Петрикора?
— На расстоянии дня. Когда я увидела огонь, подумала, что ты там. Рада, что пришла.
— Почему? Почему ты…
— Принц Финнеган меня попросил.
— Финнеган? — Аврора остановилась. Финнеган, принц Ванхельма, что помог ей бежать из дворца, предложил отказаться от Родрика и Алиссайнии. Зачем ему просить Крапиву идти за нею? Вода не давала ответа. — Финнеган попросил следить за мной?
— Аврора, нам надо идти.
— Ты работаешь на Финнегана?
— Да. Как и сказала. Но надо идти, поговорим в пути.
Аврора не двигалась. Крапива работала на Финнегана. Конечно. Она была на банкете в честь Авроры, приглашённая самим Финнеганом, после того, как внезапно заболели другие музыканты. Она прокралась в замок, разговаривала с Авророй незадолго до того, как отравили Изабель, вскоре пропала… Аврора отступила назад, и поток кружился вокруг неё.
— Финнеган, — выдохнула она. — Он… участвовал в смерти Изабель? Вы убили её?
— Нет, — резко сказала Крапива. — Конечно, я не убивала девочку. И Финнеган тоже. У него есть недостатки, но он не включил бы ребёнка в схему. Он не будет причинять тебе вред. Я не знаю, кто её убил.
Крапива казалась искренней, возмущалась из-за обвинения, но это не объясняло её присутствие тут или на балу.
— И я должна поверить?
— Да. Ты считаешь меня убийцейиз-за того, что я с кем-то работаю? Я была на банкете смотрителем, принцесса. Глаза и уши, ничего более.
— Тогда ты должна знать, кто это, — Аврора почти кричала. Она закусила губу, чтобы контролировать гнев, прежде чем он вырвется на свободу. — Если ты видела, могла бы остановить.
— Принцесса… — Крапива потянулась к руке Авроры, но та вывернулась.
