– Большого влияния это не окажет. Пока еще нет. Но освободит немного домов и земли. Тех, кто сюда переселился, тщательно отобрали. Они должны быть достаточно взрослыми и тренированными на случай, если Вознесшиеся осмелятся сунуться в эти края, но такого не было с тех пор, как они осаждали город в последний раз.
– И сколько здесь сейчас жителей?
– Около сотни.
Я окинула взглядом гладкий каменный фасад крепости, и во мне вспыхнуло раздражение. Почему Кастил говорит мне это только сейчас, а не когда в первый раз рассказывал о проблемах с землей и населением в Атлантии? Или хотя бы в любой момент после того разговора? И почему вообще меня так задело, что он этого не сказал? Так уж необходимы мне эти сведения? Наверное, нет, но… мне все равно досадно.
Юный атлантианец вернулся с каким-то свертком.
– Аластир сказал, что вам может понадобиться одежда, и мы собрали немного вещей. Не знаю, пригодятся ли они, но все чистое, и я уверен, что утром мы сможем принести еще.
Я взяла легкий сверток.
– Уверена, что пригодятся. Спасибо.
Квентин просиял и развернулся на каблуках. Киеран задержался, а мы последовали за Квентином по крытому переходу. Он болтал без умолку о животных, которых ему довелось здесь увидеть. Мы прошли через несколько темных помещений, а потом двинулись вокруг крепости, где не было ничего похожего на комнаты. Квентин клялся, что видел пещерного кота, хотя Аластир уверял его, что они здесь больше не живут.
Сначала я увидела террасу. Ветер трепал сколотые портьеры, и ткань тихо хлопала. Квентин отпер дверь, и в одном конце террасы я увидела шезлонг, а в другом – несколько низких стульев.
Квентин вручил Кастилу ключ и открыл дверь.
– Аластир проследил, чтобы комнату проветрили и разожгли огонь. Ночи здесь прохладные.
Загорелся светильник, осветив просторную гостиную с плюшевыми кушетками и обеденным столом.
– У камина стоят кувшины со свежей водой.
Квентин открыл еще одни двери, и я уловила ароматы лимона и ванили.
Если гостиная меня удивила, то спальня потрясла до глубины души. В углу горел камин, а рядом с ним на полу, как и сказал Квентин, стояло несколько кувшинов. Посреди комнаты красовалась кровать с четырьмя столбиками под балдахином и прозрачными белыми занавесками. Двойная решетчатая дверь напротив кровати вела, похоже, на еще одну террасу, а с другой стороны был вход в ванную комнату. Я могла только озираться.
– Если хотите, могу принести еще воды для купания, – предложил Квентин.
Кастил глянул на меня, и я покачала головой. Уже слишком поздно.
– Нет необходимости, но спасибо.
– Если вы уверены, – сказал Квентин, а когда я кивнула, добавил: – Не могу дождаться, когда здесь появится душ и будет достаточно всего лишь повернуть кран.
– Душ?
Кастил одарил меня усмешкой.
– Вместо того, чтобы сидеть в ванне, ты стоишь, а чистая вода течет с потолка. Это как стоять под проливным дождем – теплым дождем.
Я изумленно уставилась на него. На щеке Кастила появилась ямочка, и он повернулся к другому атлантианцу.
– Она не верит, что в Атлантии горячая вода течет из кранов.
Глаза Квентина стали как блюдца.
– Он говорит правду. Я всегда воспринимал это как должное, но больше не буду.
Восхищенная тем, что можно купаться, стоя под теплым дождем, я даже не поняла, что Квентин ушел, пока Кастил не заговорил:
– Есть хочешь?
Он поставил наши сумки рядом с кроватью.
Я покачала головой. Мне вполне хватило печенья и орехов, которые Кастил взял с собой.
– Комнаты просто невероятные. – Я потрогала балдахин над кроватью. – Они прекрасны.
– Мой отец останавливался в этой комнате, или в другой, выходящей на залив, когда приезжал в Предел Спессы. Обе комнаты обновлены, насколько это возможно.
Я повернулась к нему.
– Я ожидала, что в комнатах будет только самое необходимое.
– Мы планируем сделать ремонт в комнатах на втором этаже. Тогда здесь сможет поселиться больше людей, пока дома будут чинить или строить заново. – Он обвел меня взглядом. – Хочу проверить твою руку.
– Она даже не болит.
Я положила сверток с одеждой на диванчик в углу рядом с кроватью.
– Даже если так, я все равно хочу на нее взглянуть.
Зная, что он не отстанет, я расстегнула плащ и повесила на крючок рядом с камином, а потом задрала рукав и начала развязывать узел. Неужели он затянул его так, что не обойтись без ножниц?
– Позволь мне.
Кастил подошел бесшумно, как всегда. Его теплые пальцы задели мою кожу. Узел он развязал в одно мгновение. Повязка соскользнула, открыв тонкий порез, который уже давно перестал кровоточить.
Кастил потрогал кожу вокруг раны.
– Так не больно?
– Нет, клянусь.
Я прикусила щеку. Его прикосновение не вызвало боли, и рана не саднила. Поглаживания его большого пальца были… приятными и вызывали мурашки.
Его грудь поднялась в глубоком вздохе, а потом он выпустил мою руку и шагнул назад.
– Я схожу к Квентину и остальным. Располагайся. Ты, должно быть, устала. Постарайся промыть рану.
– Хорошо.
