– Вчера вечером ты предложил мне выбор. Если бы я не согласилась на брак, ты бы меня не принуждал. Мы пришли к соглашению, – напомнила я. – Если бы я приняла предложение Аластира, разве сидела бы я здесь?
– Полагаю, что нет. – Он наблюдал за мной сквозь полуопущенные ресницы. – Или ты могла дождаться момента, когда я меньше всего ожидаю побега. Но, просто чтобы ты знала, я всегда жду от тебя неожиданностей.
Я сдвинула брови.
– У тебя паранойя.
– Как будто у меня нет на это причин.
– Я оскорблена тем, что ты считаешь, будто я могу не сдержать слово. Я же дала согласие, ваше высочество.
Я улыбнулась при виде того, как он стиснул челюсти.
– Аластир предложил помощь. Я отказалась.
Прошло мгновение.
– Тогда я прошу прощения за свою паранойю, принцесса.
Я фыркнула.
– Ну конечно просишь.
– А теперь я оскорблен тем, что ты сомневаешься в моей искренности.
Я закатила глаза.
– У меня есть вопросы. Они важнее, чем то, что мы обсуждали с Аластиром.
– У тебя есть вопросы? – Тон Киерана сочился притворным удивлением. – Я поражен до глубины души.
– Я открытая книга, – ответил Кастил. – Что ты хочешь знать?
Открытая книга? Вряд ли.
– Каковы планы твоего отца?
Кастил развалился на кремовом диванчике в невероятно небрежной позе.
– У моего отца множество планов, Поппи. – Его взгляд скользил по моему лицу. До меня дошло, что он ни разу не назвал меня Поппи перед Аластиром. – Но если они касаются тебя, то быстро превратятся во всего лишь игру воображения.
– Мне показалось, что он счел твою деятельность плодотворной именно из-за меня.
– Не волнуйся насчет моего отца. – Кастил убрал руку с моего бедра и провел большим пальцем по моей нижней губе, отчего я ощутила непрошеный трепет в груди. – У него сейчас есть заботы поважнее, чем ты.
Я прищурилась и поймала его запястье.
– Например, проблема нехватки земель?
Его глаза стали цвета теплого янтаря.
– Уверен, этот вопрос отнимает у него много времени, но он не рискнет испортить со мной отношения, предприняв какие-нибудь действия против тебя.
Мне хочется в это верить. Я доберусь до Йена, только если останусь живой и невредимой. А если я попаду в планы короля, то, наверное, это не сулит мне остаться живой и невредимой.
Особенно если эти планы заключаются в том, чтобы отправить меня в столицу Солиса по частям.
– Похоже, ты забыл мне кое-что рассказать.
Кастил поднял брови.
– Можно об этом подробнее?
– Зачем? Разве есть много такого, о чем ты мне не сказал?
– У человека должны быть секреты. Разве это не добавляет привлекательности?
Стараясь не выйти из себя, я начала считать до десяти. Дошла только до трех.
– Твои секреты совершенно не привлекательны. Если в мире существует эликсир против привлекательности, то это как раз он.
– Проклятье, – пробормотал Кастил, сверкнув глазами.
– Ты после возвращения должен стать королем? – настойчиво спросила я. – Этого от тебя ожидают?
Насмешка пропала из его глаз.
– В том числе. Король с королевой могут править Атлантией только четыреста лет. Так заведено, чтобы происходили изменения. Если преемником не становится их ребенок, то с претензиями на трон может выступить кто-нибудь другой. Мои родители уже превысили срок правления. И поскольку они не верят в то, что Малик вернется, они считают, что эту роль пора принять мне.
– А кто-нибудь уже предъявил претензии на трон?
– Насколько я знаю, нет.
Но откуда он знает, если несколько лет не был дома?
– Тебе не приходило в голову рассказать мне об этом?
– Не очень хорошая идея.
– О боги! – начала я.
– Главным образом потому, что я знал: тебя это отпугнет, – добавил он.
– Так и случилось, – пробормотал Киеран.
– Тебя никто не спрашивает, – огрызнулась я, и вольвен захихикал. Я обратила сердитый взгляд на Кастила. – Отпугнет или нет, мне нужно знать, что…
– Это ничего не меняет, – перебил он. – Одно то, что, по мнению моих родителей, мне пора принять трон, не означает, что я должен или буду это делать. Они не могут меня заставить. Подлинный наследник трона Атлантии – мой брат. Не я. И он взойдет на него, когда я его освобожу.
Я сжала губы и глянула на Киерана, чтобы оценить его реакцию на слова Кастила, но вольвен смотрел прямо перед собой с непроницаемым выражением лица. Сомневаюсь, что мое чутье скажет что-то большее, но я знаю, что Кастил решительно настроен спасти брата. Он не хочет быть королем, даже если уже давно пришло время короновать нового. С учетом всего этого мне не стоит беспокоиться о том, что я стану королевой.
Я начала подниматься. Кастил стиснул меня крепче.
– Ты куда? Мне вполне удобно, когда ты сидишь у меня на коленях.
– Не сомневаюсь, но здесь нет зрителей.
– А как же я? – подал голос Киеран. – Я все еще здесь.
– Ты не в счет.
– Ой-ой, – пробормотал он.
– Но мы не наедине, принцесса. Разве мы не договорились, что на людях ты не будешь со мной сражаться?
Я прищурилась.
– В этой комнате больше никого нет. Двери закрыты, а в нашей договоренности не шла речь о том, чтобы сидеть у тебя на коленях.
– Знаю. – Он прикусил пухлую нижнюю губу, выставив кончики клыков. – Но мне это правда нравится.
